Книга Системный Кузнец IX, страница 77 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— Я привык к жёстким срокам, — ответил я. — На острове… я получу лечение?

— На острове ты получишь возможность, — поправил он. — Лекари там есть, но сначала — испытание. Без него ни один чужак не ступит на камень Гильдии, будь он хоть трижды мастером. Мы не пускаем к наковальням посторонних.

Я усмехнулся. Вся жизнь здесь была одним сплошным испытанием.

— Справлюсь.

Теперь, когда сделка была заключена, когда назад пути не было, оставался последний вопрос, самый важный.

— Кто ты? — спросил я в третий раз. Теперь уже не с опаской, а с требовательностью партнёра. — Я иду за тобой в неизвестность и хочу знать имя того, кто ведёт.

Мужчина чуть склонил голову — жест скуп, но в нём не было прежней надменности.

— На острове меня знают как Лоренцо, — произнёс он. — Но здесь, на этом берегу, я ношу другой титул — искатель Искр.

Лоренцо посмотрел на свои руки, покрытые старыми ожогами, и на мгновение маска уверенного вербовщика дала трещину. Я увидел в его взгляде ту же тоску, что грызла меня самого.

— Так называют тех, кого Гильдия посылает искать мастеров, достойных Иль-Ферро, — добавил он тише, с горечью, которую не до конца смог скрыть. — Я отрабатываю долг перед Гильдией, Кай. Это моя ссылка. Когда приведу им того, кого они ищут — мне позволят вернуться. Позволят снова взять молот в руки.

Я внимательно посмотрел на него. Вот оно что.

— Так что, кузнец… — он криво улыбнулся — улыбка была самой честной за вечер. — Ты не единственный, кому нужен этот путь — мы оба хотим домой. Просто мой дом там, а твой ещё предстоит построить.

Он отступил назад, запахивая плащ.

— Завтра на закате. Не опаздывай, северянин.

Лоренцо развернулся и быстро зашагал вниз по тропе — шаги были бесшумными и уверенными. Через мгновение силуэт растворялся в сумерках, оставив меня наедине с ветром и принятым решением. Сделка состоялась — мосты ещё не сожжены, но факел уже поднесён.

Я остался один.

Ветер усилился, пробираясь под рубаху. Известняк под ногами, ещё недавно хранивший тепло южного солнца, теперь казался ледяным, как и эта ночь, как и будущее, в которое я только что шагнул.

Подошёл к краю. Внизу рассыпались редкие огоньки, словно звёзды, упавшие на землю.

Я знал каждый из них.

Вон тот, тёплый и желтоватый, в окнах «Трёх Волн» — Марина, должно быть, протирает столы после ужина, а Лючия укладывает младшую. Чёрный провал на месте кузни Тито — старик спит, впервые за годы трезвый и, надеюсь, спокойный. Тусклый огонёк у причала — Доменико, наверное, опять сидит у воды, перебирает сети и шепчет молитвы спящему зверю. Никто из них не знал, что я ухожу. Для них завтрашний рассвет принесёт обычный день: скрип уключин, запах рыбы, но мой молот будет молчать. Кузня опустеет.

Я опустился на камень в последний раз. Скрестил ноги и закрыл глаза — не ради практики, а ради прощания.

Потянулся чувствами наружу, ощущая те самые потоки, о которых говорил Лоренцо: тяжёлую, надежную Землю снизу, солёную Воду с моря, острую нить Ветра. Пять лет они держали меня. Пять лет этот камень слушал моё молчание, впитывал мою горечь и надежду.

— Спасибо, — произнёс беззвучно.

Кузнецы не говорят красивых речей. Мы благодарим работой, но сейчас, в темноте, я позволил себе слабость быть просто человеком.

Открыл глаза и встал. Механически отряхнул штаны от белой пыли.