Книга Чайный Мастер. Том 1, страница 73 – Ярослав Мечников, Росс Никулин

Прогрев чайничек, взял горсть темного листа. По их форме понял, что чай ферментированный. Значит, с ним можно работать как с пуэром или улуном — несколькими короткими проливами. Так, по идее, дымной горечи не будет, и вкус раскроется как следует.

Первым проливом на десять секунд смыл пыль с листа и «разбудил» его. Второй пролив держал в два раза дольше. Слил коричневую воду и почувствовал аромат горечи. Затем уже залил воду нужной температуры.

Подхватил с полки семена сладкой капли и, замявшись на миг, бросил в заварник еще и пару бутончиков терпкоцвета для вкуса печеного яблока.

Система мигнула, стоило мне втянуть аромат.

[Зафиксирован новый рецепт: «Двойной пролив». Качество: среднее-низкое (использование ингредиентов с повышенным уровнем Дыхания). Эффект: бодрящий]

Я замер с чайником в руках, не успев поставить его на поднос. Средне-низкое качество и повышенный уровень Дыхания. Это как вообще? Темный лист тут явно не при чем, как и прочие ингредиенты. В колодезной воде, что ли, дело? Я заглянул в ведро с водой. Вроде вода как вода. Ладно, с этим тоже потом разберемся.

Поставив заварник на поднос, я поправил пиалы и шагнул в зал, готовясь к непростому разговору. Рау в тот же миг бесшумно спрыгнул с полки мне на плечо и замер, обвив хвостом шею.

Лира сидела на том же месте, глядя в окно. Её книга лежала на столе, прикрытая ладонью. Я поставил поднос на стол, опустился напротив. Рау с моего плеча внимательно следил за Лирой, но не шевелился.

Спустя пару секунд она перевела взгляд от окна ко мне и едва заметно вздрогнула. Рау пискнул и спрятался за моей головой, хотя едва ли мог скрыться от внимательного и настороженного взгляда Лиры. Она смотрела на него так, будто надеялась, что он ей привиделся.

Я отметил, как неестественно прямо она держит спину, как напряжены её худенькие плечи, словно она каждую секунду ждала удара.

Затем молча разлил чай по пиалам, давая Лире собраться с мыслями и первой начать. Одну пиалу поставил перед ней, а вторую взял в руки, сделал глоток и мысленно оценил вкус. Во рту осталось лёгкое покалывание, похожее на то, которое я почувствовал утром, когда впервые попробовал воду из колодца. Значит, дело повышения качества все-таки в воде?

Но не успел я додумать, как Лира подняла глаза от пиалы и посмотрела прямо на меня.

— Что с тобой случилось, брат? — спросила она.

Голос у нее был пусть и ровный, но легкое волнение проскальзывало в нем. Но взгляд — уверенный, почти стальной. Только вот… за этой напускной суровостью и крепостью, я разглядел что-то иное. Обида? Чувство несправедливости? Сложно разобрать. Особенно когда тебя пытаются прожечь этим самым взглядом.

Я не спеша отпил чаю и с легкой улыбкой произнес.

— Лира, ведь уже говорил, что после того, как чуть… — я запнулся, но упрямо продолжил: — чуть не умер в Лесу, многое понял.

Лира строго посмотрела мне в глаза и уточнила:

— И именно поэтому у тебя на шее висит этот… духовный зверек?

Рау пискнул, заерзал на мне, будто поняв, что говорят о нем. А я глянул на него и потрепал за широким ухом. Затем отпил еще чаю и, понимая, что смысла ходить вокруг да около нет, честно признался:

— Ну… Тут такое дело, — я усмехнулся, когда понял, что говорю как мальчишка. — Я Родник открыл. Точнее, он сам раскрылся.