Онлайн книга «Знахарь 1»
|
— Иди, я за тобой, — крикнул ему, махнув рукой. Он сорвался снова. Тропинка петляла между хижинами, спускаясь по пологому склону к нижней части деревни. Здесь дома стояли теснее, ниже, беднее. Стены потемнели от сырости, крыши покосились. Пахло козьим навозом и прелой соломой. Шёл и думал о том, какой же я дрянной человек. Там, за этими стенами, лежит женщина, которая не может проснуться. Её муж сидит рядом и меняет компрессы, потому что больше ничего не умеет. Её сын примчался ко мне посреди ночи босой, в слезах. А я иду к ней, и единственная мысль, которая крутится у меня в голове: «Когда смогу лечь?» Не «что за яд?», не «какой антидот?», не «успею ли?». Когда. Я. Лягу. Замечательно. Браво, Александр Дмитриевич. Впрочем, ноги несли меня вперёд — вот что имеет значение. Не то, о чём ты думаешь, а то, что ты делаешь. Горт ждал у покосившейся двери в конце тропинки. Дом был одним из самых маленьких в деревне, приземистый, с низкой крышей, покрытой какой-то тёмной корой. Из-под двери тянуло кисловатым запахом с оттенком уксуса. — Сюда, — мальчишка толкнул дверь и нырнул внутрь. Я переступил порог. Внутри было тесно и душно. Единственная комната, в которой жила вся семья: стол, две кровати у стен, очаг в углу, несколько полок с посудой. На верёвке, натянутой под потолком, сохли какие-то тряпки. На полу виднелись мокрые пятна от расплескавшейся воды. Мужчина поднялся с табуретки, стоявшей возле кровати. Коренастый, невысокий, лет тридцати пяти. Широкие ладони, загрубевшие. Лицо обветренное, тёмная щетина, глаза воспалённые. Он посмотрел на меня, и в этом взгляде не было ни благодарности, ни враждебности — просто молчаливая оценка. Потом едва заметно кивнул. Я не стал тратить время на приветствия. Взял свободную табуретку, подставил к кровати и тяжело сел. На кровати лежала женщина — невысокая, худощавая, с тёмными волосами, разметавшимися по плоской подушке, набитой соломой. На лбу у неё мокрая тряпка, уже почти высохшая. Кожа бледная, с сероватым оттенком, покрытая мелкими каплями пота. Губы сухие, потрескавшиеся. Я протянул руку и коснулся её запястья — пульс частый, около ста, слабого наполнения. Нитевидный. Кожа под пальцами влажная и холодная. — Мне нужен свет, — сказал, не оборачиваясь. Шорох за спиной. Горт метнулся куда-то, вернулся с лучиной. Оранжевый огонёк заплясал по стенам, бросая тени. Я наклонился ближе и приподнял веко женщины — зрачок сузился, но медленно. С левым то же самое. Конъюнктива бледная, с желтоватым оттенком. Интоксикация. Печень уже реагирует. Осторожно повернул её голову набок. Мальчишка говорил про шею, за ухом. Вот он. Две точки, каждая размером с булавочный укол, расположенные вертикально. Расстояние между ними около восьми миллиметров. Края проколов припухшие, с лёгким фиолетовым ореолом. А от них, тонкими тёмными нитями, расходились линии — вниз, по шее, под ключицу, как корни, пустившие ростки под кожей. Венозный рисунок интоксикации. Яд распространяется по сосудистому руслу. Я накрыл тряпкой место укуса и выпрямился. Мысленно потянулся к системе. «Диагностика субъекта». Табличка вспыхнула перед глазами. [ДИАГНОСТИКА СУБЪЕКТА] [Пациент: Женщина, ~30 лет, 0 Круг] [Статус: Критический — Отравление] [Тип токсина: Нейропаралитический яд неизвестного происхождения] |