Книга Кодекс Магических Зверей 1, страница 133 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Но стук повторился, и я отбросил сомнения. Наверное, зверю просто не понравился шум. Слишком много новых звуков за день. Отодвинув засов, открыл дверь, и… застыл.

На пороге стояли не клиенты, а трое мужчин в грязной, помятой одежде. Лица обрюзгшие, глаза мутные, от них несло тяжёлым, кислым запахом дешёвой выпивки и немытого тела. В руках у каждого были бутылки — одна уже почти пустая, две другие полные.

Один из них — самый крупный, с обвисшими щеками и кривой ухмылкой — широко улыбнулся, обнажив жёлтые зубы.

— Эйденчик, дружочек! — прохрипел он. — А мы к тебе в гости!

Не дожидаясь приглашения, он шагнул вперед, ожидая, что я отступлю, но этого не произошло. Я просто стоял в проеме, глядя ему прямо в глаза — спокойно, без страха, без вызова, как смотрят на пустое место.

— Вижу, — сказал я тихо. — А я вас не звал.

Говоривший на мгновение опешил, явно не ожидая такого приёма, но пьяная наглость быстро взяла верх. Он толкнул меня в грудь, заставив сделать шаг назад, и все трое ввалились внутрь, хлопнув дверью.

Не стал сопротивляться — это бессмысленно. Что я мог сделать троим здоровым мужикам? Это будет не драка, а избиение. Тем более, что за спиной Люмин и Крох.

— Уходите, — сказал я всё тем же ровным голосом, отступая к столу.

— Ой, какой серьёзный! — завопил тощий, притворно обидевшись. — Мы же друзья! Пришли проведать, выпить, пообщаться, а ты нас гонишь! Не по-братски это!

Большой подошёл ближе, его пьяное дыхание обдало меня волной перегара.

— Слышь, Эйден, — он ткнул меня толстым пальцем в грудь. — Мы по старой дружбе закрывали глаза, но, судя по всему, ты забыл, что должен нам! Помнишь, сколько раз мы тебе наливали? А? Жратву тебе носили, взамен ничего не просили! А ты совсем позабыл лучших друзей, дверь нам не открываешь, нос задрал! Непорядок.

— Я вам ничего не должен и ваши подачки не просил.

Краем глаза оценивал расстояние до инструментов, чтобы в случае чего успеть схватить что-нибудь острое или тяжелое — не для нападения, а для защиты. Если начнется драка, главное увести их подальше от зверей.

— Ах ты, тварь неблагодарная! — коренастый с кривым носом вдруг размахнулся.

Я успел сгруппироваться. Удар в живот пришёлся по касательной — смягчил его мышцами пресса, но воздух всё равно вышибло. Второй удар пришёлся ребром ладони по виску. Я ушел чуть в сторону, и он пришелся не в полную силу, но мир всё равно качнулся. Рухнул на колени, прикрыв голову руками.

— Где деньги, Эйден? — рявкнул большой, нависая надо мной.

— Нет у меня денег, — прохрипел я, сплевывая кровь. — И не было.

— А это что? — тощий залез мне в карман, достал монеты и потряс ими перед моим лицом. — Не деньги?

Я промолчал. Смысла говорить, что это моя последняя надежда на еду, не было — эти ублюдки не поймут.

— Говори, падаль! — большой замахнулся ногой, целя мне в голову.

Я едва успел уйти в сторону, отчего удар пришелся в плечо. Боль вспыхнула, но рука осталась цела, и тут, сквозь шум в ушах, услышал то, чего боялся больше всего — визг Люмина и тяжелый, рвущий душу рык Кроха.

Повернул голову. Тощий держал зайцелопа за шкирку, тряся его, как тряпичную куклу. Зайцелоп отчаянно верещал и бил лапами по воздуху, а коренастый с разбитым носом стоял над ящиком Кроха и с мерзкой усмешкой заглядывал внутрь.