Книга Кодекс Магических Зверей 2, страница 15 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Торвальд окинул зал хозяйским взглядом. Столы ломились от еды и выпивки, за ними сидели такие же, как они — обветренные, пропахшие Лесом и кровью люди, со шрамами на лицах и пустыми глазами, в которых плескалась бездна.

В центре зала стоял большой стол, рассчитанный человек на десять. За ним расположилась компания здоровенных мужиков, которые громко ржали над чьей-то шуткой, стучали кружками и вообще вели себя так, будто таверна принадлежала им.

Торвальд направился прямо к ним.

Леннокс не удивился, ведь прекрасно знал этот взгляд рыжебородого — взгляд хищника, который вышел на охоту. Варрен довольно осклабился и подтолкнул Кельна локтем.

— Сейчас будет весело, — прошептал он.

Торвальд подошел к столу и остановился. Мужики за столом не сразу заметили его — слишком были заняты своим весельем, но постепенно, один за другим, замолкали, чувствуя чужое присутствие.

Самый крупный из них — детина с бычьей шеей, кулаками размером с небольшие валуны и рожей, которую мать, видимо, любила меньше всех, медленно повернулся и уставился на Торвальда.

— Убирайтесь отсюда, шпана, — сказал Торвальд, не повышая голоса, будто попросил подвинуться в очереди за хлебом. — Мой отряд устал и хочет отдохнуть.

За столом повисла густая тишина. Детина медленно, с хрустом в шее, поднялся. Он оказался огромен, на полголовы выше Торвальда и раза в полтора шире в плечах. Его лицо наливалось кровью, превращаясь из розового в багровое.

— Повтори-ка, — прорычал он, нависая над рыжебородым. — А то я плохо расслышал.

Торвальд даже не моргнул. Он смотрел на детину снизу вверх, но на его лице не дрогнул ни один мускул, только глаза стали еще холоднее.

— Если у тебя проблемы с ушами, — голос рыжебородого звучал так ласково, что у Леннокса побежали мурашки по спине, — то можем выйти и мой зверь быстро вылечит твою проблему. Знаешь, если ушей не будет совсем, то и проблема исчезнет.

Детина настолько сильно побагровел, что Леннокс испугался, не лопнет ли у него что-нибудь от такого давления. Он открыл рот и уже набрал воздуха, чтобы рявкнуть что-то страшное, но в этот момент один из его друзей, сидевший рядом, резво привстал, схватил детину за локоть и что-то быстро зашептал в ухо.

Леннокс не услышал, что именно он прошептал, но результат увидел воочию.

Лицо детины поменялось на глазах. Багровая краска схлынула, уступив место мертвенной бледности, глаза расширились, и в них плеснулся животный страх. Он перевел взгляд на Торвальда, но теперь в нём не было ни капли спеси, только ужас и узнавание.

— Извините, — выдавил детина голосом, предательски сорвавшимся на фальцет. — Мы… я… не признал.

Компания за столом мгновенно пришла в движение. Мужики повскакивали с мест, хватая кружки и недоеденные куски мяса, и буквально бросились врассыпную, растворившись в толпе за соседними столами.

Торвальд проводил их взглядом, хмыкнул и, не говоря ни слова, уселся на освободившееся место.

— Чего встали? — бросил он отряду. — Садитесь.

Варрен, довольно улыбаясь, плюхнулся на лавку. Кельн сел рядом, привычным жестом поправив перевязь. Дрог занял место с краю, достал трубку и начал набивать ее табаком. Леннокс опустился на скамью и уставился на Торвальда. Из-за соседних столиков доносились приглушенные шепотки: