Книга Кодекс Магических Зверей 2, страница 46 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Он замолчал, давая мне осмыслить услышанное.

— В итоге восьмой спуск уничтожили, — закончил он, — а над оставшимися построили неприступные крепости.

Я вспомнил маленькую, приземистую крепость на поверхности.

— Неприступные? — скептически переспросил я. — Ты о крепости, через которую мы спускались в Лес? Она же маленькая совсем.

Леннокс хмыкнул, в его взгляде появилось превосходство человека, который знал то, чего не знал я.

— Не делай поспешных выводов, целитель. Все крепости построены по одному принципу и внешне похожи друг на друга. Ты не смотри, что они снаружи маленькие, — сказал он. — Там внутри столько магии и механизмов наворочено, что голова кругом идёт. Тем более, что их задача — защищать не от вторжения извне, а от того, что может выйти изнутри, — он покачал головой. — Один прорыв мы уже чудом пережили, и второго никто не хочет, поэтому возле каждого спуска всегда дежурят сильные Мастера Зверей, которые всегда готовы принять на себя первый удар.

Я задумался. Этот мир становился все сложнее и страшнее с каждым новым фактом. Лес, который жил своей жизнью, спуски, через которые могли «прорваться», крепости, напичканные магией, и где-то там, в глубине, звери, способные убивать сильнейших людей.

Мы проговорили еще несколько часов про Лес, о зверях, об их повадках. Леннокс рассказал, как попал в отряд Горгана, как его чуть не сожрали в первой же вылазке, как научился понимать камнегрыза по движению ушей и хвоста. Я слушал, впитывая каждое слово, потому что это не просто байки бывалого Мастера, а бесценный и необходимый для выживания опыт.

Леннокс, в свою очередь, расспросил меня о лечении. О том, как я определял болезни, как выбирал травы, как решал, что смешать, чтобы получить нужный эффект. Я отвечал, стараясь не углубляться в детали, но и не врать. Говорил, что много читал, что у меня была хорошая память и что просто люблю животных. Леннокс кивал, и в его глазах читалось уважение.

За окном давно наступила глубокая ночь. Масляная лампа тускло горела, отбрасывая на стены пляшущие тени. Мы оба устали, но расходиться не хотелось — было в этом затянувшемся разговоре что-то правильное, укрепляющее доверие, которое начало зарождаться между нами еще во время похода в Лес.

Наконец, Леннокс зевнул, прикрыв рот ладонью.

— Все, — сказал он. — Я вырубаюсь — если сейчас не лягу, усну прямо здесь.

Я кивнул, поднимаясь, и мы пошли стелить ему постель. Чистое белье, которое постирал, все еще висело в предбаннике, влажное и пахнущее мылом. Леннокс махнул рукой:

— Давай что есть, я не привередливый.

Я зашёл к себе в комнату, порылся в сундуке и нашел более-менее приличный комплект — выцветший, застиранный, но чистый и сухой.

— Держи, — протянул ему постельное бельё. — Сгодится?

— Вполне, — Леннокс принял белье. — Спасибо.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи, и я вернулся в свою спальню. Там было темно и тихо, только ровное дыхание зверей нарушало безмолвие. Осторожно, стараясь не шуметь, подошел к кровати. Люмин спал, свернувшись медовым клубочком, рядом с Крохом, который привалился к его теплому боку.

Аккуратно лег на кровать, стараясь не потревожить их. Я лежал в темноте, слушая, как дышали мои звери, и чувствовал себя в полной безопасности. За стенами лавки был ночной город с его опасностями, с тремя пьяными ублюдками, которые должны вот-вот заявиться за «долгом», с Горганом, который что-то скрывал, с тайнами, которые множились с каждым днем, но здесь, в маленькой спальне, рядом со спящими Люмином и Крохом, я дома, и ничего плохого не могло случиться.