Книга Кодекс Магических Зверей 4, страница 76 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Старший стражник поднял голову, узнал меня и кивнул.

— Привет, целитель. Как бронебрус?

— Идёт на поправку. Спасибо, что принесли его.

— Да не за что, — он махнул рукой и покосился на волокуши. — Рик, отнеси их на место.

Парень, очнувшись от полудрёмы, подхватил жерди и утащил волокуши куда-то внутрь крепости.

— Что думаешь делать со зверем? — спросил мужчина.

— Сперва вылечу, потом соберу отряд и отправлюсь на поиски Ларка, — ответил я.

— Парень, — стражник чуть наклонился вперёд. — Подумай хорошенько, Лес сейчас… странный. Мы не знаем, что там происходит… Да никто, мать его, не знает!

— И всё же рискну, — возразил я. — Ещё раз спасибо за Брумиша, и волокуши.

Стражник скривил лицо, но кивнул. Я развернулся и направился в сторону Медного котла.

Крох семенил рядом, прижимаясь боком к моей ноге, а Люмин скакал впереди, то и дело останавливаясь, чтобы обнюхать очередной столб или камень.

У перекрёстка женщина в белоснежном переднике развешивала на верёвке выстиранные простыни. Ветер надувал их парусами, превращая узкий переулок в подобие корабельной палубы.

Я быстро пересек Кузнечный мост, лишь мельком взглянув на воду широкого канала, и направился прямо вглубь квартала, высматривая ткацкую мастерскую. Борк довольно подробно описал дорогу, но в незнакомом районе все переулки казались одинаковыми.

По пути миновал длинный навес, под которым плечистый мужчина в кожаном фартуке раскладывал нарезанное мясо на решётки. Коптильщик орудовал длинными щипцами, ловко переворачивая каждый кусок.

Через пару минут поисков я нашёл ткацкую мастерскую — двухэтажное здание с широкими окнами. За стёклами виднелись станки и мотки разноцветной пряжи. Из открытой двери доносился мерный стук челноков, а вместе с ним на улицу вырывались запах шерсти и облако мелкого ворса, пляшущего в лучах солнца. Я свернул за угол и сразу заметил потемневшую от времени зеленоватую вывеску на железных крюках. На доске красовался нарисованный медный котёл.

Перед нами возвышалась тяжёлая дубовая дверь с массивной кованой ручкой. Крох остановился перед ней, принюхался и недовольно фыркнул. Люмин испуганно прижал уши к голове. Я налёг плечом на створку, толкнул её и шагнул внутрь.

Таверна оказалась куда просторнее, чем выглядела снаружи. Под сводами низкого потолка с почерневшими от копоти массивными балками слоился едкий табачный дым. Толстые свечи в грубых железных подсвечниках медленно оплывали, отбрасывая неровный, подрагивающий свет. Почти все столы были заняты.

Окинув взглядом зал, я отметил, что никто не коротал время за игрой в кости. За столами сидели беседующие вполголоса мужчины и женщины с обветренными лицами. На них были потрёпанные доспехи и походные одежды, у некоторых на поясах поблескивало оружие.

Под единственным окном женщина в кольчужной рубахе водила пальцем по карте, объясняя что-то двум мужчинам напротив. Оба слушали молча, лишь изредка кивая. У ног одного из мужчин лежал массивный зверь с угольно-чёрной короткой шерстью и плоской широкой мордой. Внезапно он вскинул голову и уставился на Кроха. Зверь ответил таким же пристальным взглядом, остановился, развернул уши в сторону чужака, секунду внимательно его изучал и, наконец, двинулся следом за мной.

За стойкой из потемневшего дерева стоял широкоплечий трактирщик с коротко стриженными волосами и квадратным подбородком. Его руки опирались на столешницу, а на толстых пальцах выделялись сбитые костяшки от бесчисленных потасовок. Трактирщик посмотрел на меня оценивающим взглядом без единого намёка на гостеприимство.