Книга Крафтер II, страница 67 – Александр Сорокин, Иван Ладыгин

— Надоедливая тварь! — Чернов вырвался, швырнув в Плюма сферу чёрной энергии. Фамильяр взвыл, его огонь погас на миг, но я уже мчался по стволу, клинок направлен в сердце врага.

Жезл встретил клинок. Взрыв отбросил нас в противоположные стороны. Я врезался в дуб, кора впилась в спину. Чернов, приземлившись на ветвь, выдохнул заклинание. С неба обрушились молнии, каждая — толщиной с дерево. Плюм взметнулся ввысь, принимая удар на себя, его огненная форма рассыпалась искрами.

— Довольно! — я поднял ладонь, выцарапав на ней руну «Аннигиляции» и прикоснулся к стволу зачарованного дуба. Дерево затрещало, впитывая магию. — Сгори!

Руна активировалась. Дуб, пронизанный энергией веков, взорвался, как бомба. Щепки, острые как шрапнель, пронзили воздух. Чернов бросил жезл вперёд, создав барьер из тьмы, но волна удара сбила его с ветви. Он рухнул вниз, приземлившись на колени, жезл треснул, выпустив струйку чёрного дыма.

— Ты… ничтожество… — он поднялся, кровь стекала по лицу, смешиваясь с грязью. Жезл, теперь наполовину разрушенный, дрожал в его руке. — Мы всё равно победим! Род Черновых…

— Умер вместе с твоей гордыней, — я выхватил осколок кристалла из жезла, валявшийся у ног. Артефакт взвыл, тьма рванулась наружу, но я задушил ее одной волей.

Чернов метнулся в сторону, выпустив из жезла последний заряд — чёрную молнию. Она прошила мне плечо, выжигая плоть, но я не остановился. Плюм, собрав остатки сил, вцепился в спину барона, замедлив его на долю секунды.

— Прощай. — мрачно сказал я и ударил противника обломком кристалла в сердце.

Осколок кристалла вошёл в его грудь со звоном разбитого стекла. Чернов замер, глаза расширились. Тьма из жезла рванулась к ране, пытаясь залатать её, но кристалл светился всё ярче… И тогда барон ухмыльнулся. Кровь выступила на его губах, но пальцы уже складывали древний жест — три скрученных перста, знак проклятья.

— Ты думаешь, что победил⁉ — хрипло выдохнул он. — Сгори со мной!

Жезл, лежавший в пыли, взорвался последним зарядом энергии. Из трещины в кристалле вырвалась чёрная спираль — вихрь, сотканный из теней и рёва погибших душ. Он ударил мне в грудь, отбросив к подножию дуба. Рёбра треснули, кровь хлынула из носа. Плюм взвыл, бросившись между мной и Черновым, но вихрь уже втягивал всё вокруг в себя — камни, ветви, даже свет.

— Смотри, как умирает твой герой! — Чернов, рухнувший на колени, поднял руки, направляя воронку ко мне.

Я вцепился в корни, но они рвались под напором. Плюм, превратившийся в огненный щит, медленно терял форму, его пламя поглощала тьма.

— Нет… — я ударил себя веткой в руку, щедро проливая кровь. Руна «Отражение» вспыхнула на алом. — Назад!

Черная дыра столкнулась со световым барьером, который мгновенно вырос из моей ладони. На миг всё замерло — и затем волна ударила в обратную сторону. Чернов, уже почти мертвец, успел широко раскрыть глаза, прежде чем тьма поглотила его.

Наступила тишина, холодная и безразличная ко всему живому.

Тело барона рухнуло. Жезл рассыпался в прах. Плюм, обессиленный, присел рядом, приняв форму потрепанного кота.

Я лежал на спине, вдавившись в землю. В ушах звенело, но сквозь шум пробивалось тяжёлое дыхание — своё. Плюм тыкался мокрым носом в щёку, и я с трудом поднял руку, чтобы потрепать его.