Книга Системный Творец IV, страница 42 – Александр Сорокин

Самым страшным был момент, когда огромный детина, отступая от кого-то, двинулся прямо на меня. Отскочить было некуда — сзади стеной стояли солдаты. Оставалось только одно — присесть. Я плавно опустился в глубокий присед, держа тело Творца на вытянутых руках, почти опуская его на колени. Мужчина прошёл так близко, что я почувствовал тепло его тела и резкий запах дешёвого вина. Тяжёлый сапог с глухим стуком опустился на камень буквально в сантиметре от моей ноги.

Сердце билось в груди, словно пойманная птица, но «Абсолютное Тело» послушно глушило панику, не давая дыханию сбиться или мышцам задрожать. Я был холоден, как камень, и тих, как тень.

Ксела двигалась впереди, словно призрак, не касаясь никого, не вызывая ни малейшего подозрения. Она была воплощением идеальной скрытности.

И вот, после вечности, растянувшейся на несколько невыносимых минут, мы достигли ворот. Здесь было чуть просторнее, но напряжение не спадало. Офицер с искаженным яростью лицом орал на двух бойцов, заставляя их тащить какой-то ящик. Ксела замерла, подав мне знак остановиться. Мы простояли так почти минуту, пока офицер, наконец, не отвлекся и не удалился вглубь залы, продолжая свой гневный крик.

Тогда Ксела сделала последний шаг и подошла вплотную к массивным дверным створам. Она приложила к железной задвижке, толщиной в мою руку, все ту же резную деревянную пластину. Руны вспыхнули коротким зеленым светом. Ни звука. Но я увидел, как тяжеленный засов сам, плавно и бесшумно, пополз в сторону, освобождая путь.

Ксела толкнула массивную дубовую створку. Она скользнула в щель, я, собрав последнее силы, протиснулся следом, едва не задев плечом дверной косяк.

Холодный ночной воздух ударил в лицо, как благословение. Мы оказались на узкой мощеной площадке перед тюрьмой. Позади оставался гул, крики и свет факелов. Впереди — темные, спящие улицы города и свобода.

— Не останавливайся. — ее шепот снова прозвучал рядом, но теперь в нем слышалось легкое, почти неуловимое напряжение. — Они могут проверить ворота в любой момент.

Мы, словно два призрака, с третьим на руках, растворились в спасительных тенях ночного города.

Ксела, не сбавляя темпа, вела нас по знакомому маршруту. Вскоре мы снова оказались у двери дома старушки-осведомительницы. Девушка отстучала тот же ритмичный сигнал. В ответ — торопливые шаги, щелчок засова и дверь приоткрылась.

Не дожидаясь приглашения, мы, всё ещё окутанные невидимостью, скользнули внутрь — молниеносно и бесшумно. Старушка, никого не видя, с недоумением покачала головой, что-то невнятно пробормотала себе под нос и уже собиралась захлопнуть дверь, убежденная, что ей почудилось. В этот миг Ксела коснулась своего кольца, и мы с ней возникли словно из ниоткуда. Я стоял, прижимая к себе бесчувственное тело.

Старушка вскрикнула, отшатнулась и прижала руку к груди. Ее глаза расширились от ужаса.

— Тш-ш-ш! — резко, но тихо осадила ее Ксела, прикладывая палец к губам. — Все хорошо. Мы его нашли.

Взгляд старушки метнулся ко мне, и она вгляделась в избитое, но знакомое лицо. В ее глазах одновременно вспыхнули облегчение и новая, свежая боль. Женщина бросилась к нам.

— О, боги… О, мой бедный мальчик… — зашептала она, ее дрожащие пальцы осторожно коснулись его щеки. — Что они с тобой сделали…