Книга Системный Творец IV, страница 63 – Александр Сорокин

Он с силой провел рукой по лицу, и было видно, насколько ему неприятна и даже отвратительна эта позиция. Почему он рассказывал все это мне, новичку? Пока это оставалось загадкой. Возможно, он считал, что после вчерашнего я уже «созрел» для такой информации. Или же видел во мне ту самую «весомую фигуру», на которую можно сделать ставку.

— Вторая группа, — продолжил Лериан, и в его тоне появились нотки гордости, — это «Реформаторы». И ее лидер — я.

Он выпрямился на табурете.

— Наши идеи находят отклик в основном у молодых Творцов. Тех, кто не хочет вечно прятаться, у кого горят глаза и чешутся руки. Тех, кто жаждет перемен! Наша цель — активное изменение Системы для усиления Творцов! Мы должны не просто изучать ее, а перестраивать под себя! Создать новый мир, где Творцы будут не изгоями, а правящей кастой! И подчинить Империю не силой оружия, а через наше технологическое и системное превосходство!

Он говорил с неукротимой страстью фанатика, а в глазах горел тот же огонь, что и прежде, когда он погружал меня в тайны артефактных умений.

— У нас самые инновационные разработки! Большинство бытовых приборов в городе — наша работа. Но это лишь пыль по сравнению с тем, над чем мы работаем втайне. Революционные артефакты, способные изменить саму природу реальности! Систему нужно не изучать, а покорять! С нашей силой мы должны править, а не прятаться, как крысы!

Я слушал, и в груди похолодело. Именно из-за таких идей, громко провозглашенных и подкрепленных невероятной силой, мир когда-то объединился против первых Системных Творцов. Неужели он не видел параллелей? Не понимал, что его слова — точное повторение риторики тех, кого назвали «возомнившими себя богами»?

В его дальнейшей речи прозвучало откровенное презрение, смешанное с опасением.

— И наконец, третья группа. Самые опасные, непредсказуемые и откровенно безумные. «Анархисты». Их лидер — Ксела.

Он произнес ее имя с таким отвращением, будто проглотил горечь.

— Их цель… полное разрушение Империи и всего старого миропорядка. Они хотят сжечь все дотла и создать на пепелище зону абсолютной свободы для своих экспериментов. Снять все ограничения в творчестве, даже ценой жизни миллионов.

Творец склонился ко мне через стол.

— Несмотря на прямой запрет Элронда, они в тайне ведут свою войну. Террористические акты против Империи — их почерк. Самые аморальные эксперименты, в том числе над людьми, — это их рук дело. Они стремятся создать оружие массового поражения, игнорируя любые последствия. Их разработки боевых артефактов — самые сильные и смертоносные. И ты, Макс, — он ткнул пальцем в мою сторону, — должен был заметить: при малейшей возможности Ксела выбирает убийство. Насилие. Разрушение. Для нее все средства хороши.

Я на мгновение замер, пропуская его слова сквозь себя. В памяти всплыл темный переулок, столб дыма над городом и ее ледяной, ненавидящий голос: «Выпустить монстра в городе, полном людей?.. Жители Империи — наши враги! Не стоит их жалеть!» Вспомнил, как она без тени сомнения предлагала устроить кровавую бойню, лишь бы мы смогли выбраться за стены.

Ее подход, эта холодная, обезличенная жестокость, вызывала у меня глубокое отвращение. В спорах с ней я всегда отстаивал ценность каждой жизни, даже если это был солдат Империи. И сейчас, слушая Лериана, я начал отчасти понимать корни его неприязни к ней. Это была не просто профессиональная ревность или конфликт методов обучения, а глубокий идеологический раскол. И в этом расколе я был скорее на стороне Лериана, чем Кселы. По крайней мере, когда речь шла о цене победы.