Книга Бремя власти IV, страница 69 – Иван Ладыгин

Он развернулся и пошел прочь, не оглядываясь на бойню. Его работа здесь была закончена.

* * *

Мы шли молча. Тайга за стенами цитадели казалась иной… аномальной. Деревья росли под неестественными углами, воздух мерцал маревом, искажающим пространство, а под ногами хрустели ветки и чьи-то кости. Здесь правил балом хаос, и лишь воля Коловрата выстраивала хрупкий коридор стабильности.

— Давно это было, — внезапно нарушил молчание Олег. Его голос теперь звучал приглушенно и устало. — Очень давно. Мой род… мы не всегда были дворянами. Мы были Стражами. Заключили договор с духами этой земли, когда мир был моложе, а магия — гуще.

Я слушал, не перебивая.

— «Спящий»… — он кивнул в сторону черневшей на горизонте Скалы. — Это не просто архидемон, вылезший из Бездны вчера поутру. Это древнее божество. Вернее, то, во что оно превратилось. Божество хаоса. Оно было здесь всегда. Сражалось с другими богами в незапамятные времена. Проиграло. И уснуло. Но сон его… не мирный. Скверна, что разливается по миру, — это его дыхание. Оно будит его. И ритуал моих предков… — он горько усмехнулся, — он не уничтожал его. Духи земли были не настолько сильны. Они лишь заперли тварь и поставили печати. А моя миссия… миссия моего рода… подкладывать дров в эту печь. Сдерживать. Оттягивать неизбежное.

Я глянул на его мощную спину, на редкую седину в его волосах, и понимал, какая ноша легла на его плечи. Столетия одинокой войны.

— Чтобы победить его теперь, — продолжал Коловрат, — недостаточно просто разрушить печати и вломиться туда с мечом наголо. Его нельзя убить в привычном смысле. Хаос не умирает. Его можно только… перенаправить. Поглотить. Взять под контроль.

Он остановился и обернулся ко мне. Его глаза горели в полумраке тайги.

— Ты понял, на что идешь, царь? Ты рискуешь не жизнью. Ты рискуешь собой. Своей сутью. Впустишь его в себя — и кто знает, что останется от Николая? Может, лишь еще одно воплощение хаоса, еще более могущественное и страшное.

— Порядок, рожденный из хаоса силой воли, — вот единственный путь жизни, — сказал я. — Я не собираюсь становиться им. Я собираюсь его оседлать.

Коловрат долго смотрел на меня, а потом кивнул.

— Ладно. Значит, ты правда готов. Тогда слушай дальше…

И он пошел, рассказывая о древних ритуалах, о природе Спящего, о том, какую ловушку приготовили его предки. Я слушал, впитывая каждое слово. Это был путь в один конец. И назад мог вернуться уже не я.

Черная Скала была еще страшнее вблизи. Она возвышалась над тайгой, как неестественный, отполированный до зеркального блеска обелиск. От нее не исходило ни звука, ни запаха — лишь давящее, физически ощутимое чувство древности и безумия. Воздух вокруг вибрировал, искажая свет.

Мы разбили лагерь — если можно так назвать пару плащей, разложенных на голом камне у самого ее подножия.

— Теперь — последнее, что я могу для тебя сделать, — мрачно сказал Коловрат. — Укрепить твой разум и провести проверку. То, что будет там… это не битва магий. Это битва идей. Твоих самых темных страхов против твоей же воли.

Он заставил меня сесть в позу лотоса прямо на холодный, пронизанный скверной камень.

— Смотри внутрь. Не сопротивляйся образам. Прими их. Проживи. И пройди сквозь.

Я закрыл глаза и погрузился в медитацию. И кошмары нахлынули немедленно.