Книга Утопающий во лжи 15, страница 132 – Лев Жуковский

От этих мрачных мыслей, от философствования о природе войны меня отвлёк резкий приказ господина Журека, переданный по ментальной связи. Он явно что-то придумал, и эта его способность не просто удивлять, а пугать своими приказами, своими безумными планами меня заставляла, пусть и всего на миг, но задуматься о страшных мыслях.

Если господин Ирчин мог захватить тело и имя Таталема Со, подчинить себе чужую плоть, то что могло ему помешать провернуть то же самое с господином Журеком, вселиться в него? Вот только вёл он себя немного иначе, не так, как старик Ирчин. В чём-то аккуратнее, не так жёстко и жестоко, с какой-то осторожностью. Часто словно ошибаясь или даже боясь ошибиться, проявляя неуверенность. Не было в нём той неостановимой силы, того абсолютного доминирования, что излучал господин Таталем Со.

Как вариант, может, я сам просто боялся поверить в это, вот и придумывал сам себе оправдания, цеплялся за надежду. Наверное, втайне надеясь, что господин Ирчин всё ещё рядом и, как и всегда, спасёт меня из, казалось бы, любой пропасти, в которую меня угораздило быть сброшенным жестокой судьбой. Как он делал это раньше, как делал это всегда.

«Всем старшим офицерам прибыть в зал совещаний немедленно!» — прозвучало сообщение по ментальной связи от господина Журека даже чересчур раздражённо. Голос его звучал на грани ярости, и тон не подразумевал промедления ни на мгновение. При том что сражение, пусть и локально, только на стенах форта, ещё продолжалось, ещё гремели редкие заклинания.

Впрочем, услышав не просто приказ лично, но получив целые листы с нанесёнными на них фигурами рун и пентаграмм, я был в ужасе. Изображения со сложными магическими символами, которые требовалось раздать всем старшим и младшим офицерам и даже способным воинам, они пугали меня до глубины души. Ведь господин Журек требовал вырезать на телах нурглов, живых и мёртвых, явно магические знаки. Древние символы, способные пробудить кровавую магию, тёмное искусство, запретное, и это уже выходило за все рамки приличия, за границы того, что считалось допустимым даже в наше тёмное время.

Однако мой протест, готовый сорваться с губ, так и остался лишь только в моей голове. Всё же идиотом я точно не был, и ценил свою жизнь. Ведь текхарт Дэрргеш, подчиняющийся господину Журеку, за эти несколько кровавых дней поглотил, по моим примерным прикидкам, не меньше десяти тысяч очков Системы, может даже больше, и его уровень вырос ещё выше, достигнув тридцать пятого, что делало его настоящей машиной смерти. Причём демон становился всё агрессивнее, всё более хищным, и словно бы более манёвренным в бою, более умелым в убийстве. К тому же, судя по тому, что он всё чаще вступал в осознанный разговор, произносил связные фразы, разум в этом гиганте начал пробуждаться, и это пугало меня ещё сильнее, чем его физическая мощь.

Да и впечатлён я был сверх меры, глядя, как это чудовище, даже скорее ходячая сторожевая башня из плоти и когтей, растаскивает трупы нурглов целыми охапками, легко, словно это пустые мешки. Часто одного забрасывая себе в пасть просто так, чтобы на клыках что-то хрустело, чтобы удовлетворить свой вечный демонический голод. Глядя на это, у меня возникали пугающие мысли, что, возможно, этот огромный демон лишь притворяется, что подчиняется господину Журеку, а на самом деле был свободен в своей воле, независим. Даже может, и вообще, захватил разум моего бывшего полусотника, подчинил его себе в какой-то момент, когда мы этого не заметили.