Книга Утопающий во лжи 15, страница 134 – Лев Жуковский

— Тот, кто добудет для своего повелителя карту особенности Малое демоническое ядро, получит от меня в дар десять тысяч очков Системы! — проревел то ли господин Журек, то ли сам текхарт Дэрргеш, повторив его слова своим гулким, чудовищным голосом, от которого дрожали камни на стенах.

Однако недолго звучал воодушевлённый крик двух тысяч глоток полуарахнидов, диких, почти животных воплей, полных жадности и ярости, тех, кто от безмерно поглощённых очков Системы уже не до конца понимал, что с ними происходит. Тех опьянённых силой и жаждущих всё новых и новых ОС, словно безумцы жаждущие очередную чарку крепкого вина, их крики моментально потонули в едином, оглушительном залпе магических винтовок. Двадцать артефактов выплюнули концентрированные потоки разрушительной энергии, осаживая и сбивая особенно крупных демонических тварей, вырывающихся из пульсирующего прокола пространства, отбрасывая их обратно в кровавую бездну.

Причём у меня создалось странное, почти сюрреалистическое впечатление, что не то что у простых деревенщин и вчерашних горожан, ставших воинами по необходимости, не возникло никаких вопросов к господину Журеку. Из-за того, что он открыто пользовался запретной магией крови, этим тёмным искусством, караемым смертью во все времена, ну или, как минимум, потакал своему демону в его кровавых ритуалах.

Дополнительно и у немногих выживших аристократов, хранителей древних традиций и законов, не нашлось слов, чтобы попытаться переубедить его, остановить это безумие. Да что там переубедить, возразить, они не осмелились даже слова против озвучить, произнести хоть звук протеста. Страх сковал их языки крепче любых оков. Впрочем, я и сам был не лучше…

А ведь поначалу я и сам не верил в слова господина Мареша, считая их пустой болтовнёй отчаявшегося гоблина, и втайне смеялся над его внешним видом, над тем, во что он превратился после трансформации. По пьяни, когда дешёвое вино развязывало языки, мы потешались над тем, как он девок из борделя мучает своим новым, изуродованным телом полуарахнида, ведь какая потасканная девка согласится с таким переспать без магии принуждения?

Эти воспоминания теперь казались мне невероятно глупыми, как у несмышлёного щенка. Вот только, как научил меня мой покойный отец, умный разбойник и хитрый вор, я всегда старался думать не эмоциями, а головой. В силу чего обращал внимание на самые важные, ключевые детали, на то, что скрыто под поверхностью. Ведь дело было не в том, что над этими полуарахнидами потешались всем городом, как презренно и брезгливо к ним относились обычные гоблины, показательно шарахаясь от них на улицах.

Суть была в другом, куда более важном, их боялись, боялись по-настоящему, до дрожи в коленях. Вдобавок смех этот, злобные шуточки и насмешки, которые в их присутствии никто себе уже давно позволить не мог, опасаясь за свою шкуру, это было лишь ещё одно проявление страха, его оборотная сторона, и ничего больше.

Точно так же было и со стариком Ирчином, легендой и кошмаром, которого лишь хулить могли за его спиной, в тёмных углах таверн. Однако, разумеется, только так, чтобы не дай Великий Антерос, он об этом не узнал, иначе смерть придёт быстро и в особенно жестоком виде.