Книга Прибавление семейства, страница 73 – Мария Воронова

Володя наконец наигрался, и Ирина поспешила домой, готовить ужин. Виноватить ее никто не будет, но надо и самой совесть иметь.

Как только она открыла дверь, из кухни вышла Гортензия Андреевна в фартуке:

— Ирочка, где вы ходите! У меня такие новости!

— Да вот с Володей загулялись…

Усевшись прямо на галошницу, потому что наклоняться ей было уже тяжело, Ирина сняла с сына комбинезон и ботиночки. Тот, не выпуская из рук оружие, побежал к Гортензии Андреевне, которую очень любил.

— Ах, какая у тебя сабля! – восхитилась старушка, поднимая Володю на руки. – С таким защитником нам ничто не страшно. Ну все, дорогой мой, беги, братику покажи.

Володя с диким топотом унесся, а Ирина тем временем расстегнула молнию на сапоге.

— Ира, вы себе не можете представить, что я узнала! – продолжала Гортензия Андреевна драматическим шепотом. – Новость настолько сенсационная, что я поехала к вам прямо без звонка, надеюсь вы мне простите эту вольность.

— Ну что вы, наш дом – ваш дом!

— По дороге я заглянула в универсам и в жесткой борьбе урвала сосиски, так что вопрос ужина снимается с повестки дня.

— Ой, это вот прямо радостная новость, – отдышавшись, Ирина расстегнула молнию на втором сапоге.

— Я думала застать вас дома, но Егор сказал, что вы гуляете, и я взяла на себя смелость почистить картошку.

— А это радость в квадрате.

Ирина попыталась встать, но не смогла с первой попытки. Гортензия Андреевна протянула ей руку.

— Давайте, Ирочка, раз-два! Так вот, если вы против того, чтобы я хозяйничала у вас на кухне, смело мне об этом скажите. Я совершенно без обид.

— Что вы, мне очень приятно. Только вы меня балуете.

— Так, а что еще прикажете с вами делать? – засмеялась старушка. – И давайте тут поставим точку в обмене пустыми любезностями, а перейдем к делу. Я действительно такое узнала, что вы ахнете.

Сгорая от любопытства, Ирина проследовала за Гортензией Андреевной на кухню, где уютно булькала на плите кастрюля с картошкой, а на доске лежал недорезанный бледный тепличный помидор.

— Так вот, Ирочка, – взявшись за нож, старушка выдержала длинную паузу, – моя разветвленная агентурная сеть вывела меня не на кого иного, как на родную сестру Горбатенко. Я съездила к ней сегодня после уроков, и знаете, что она мне поведала? Аврора Витальевна на самом деле вовсе не Аврора Витальевна!

— А кто? Немецкая шпионка?

— Практически.

— Начинается… Я не Негоро, я капитан Себастьян Перейра! – хмыкнула Ирина. – Бабка, наверное, просто выжила из ума.

— Не спешите с выводами, Ирочка! Хотя постойте, какую бабку вы имеете в виду?

— Сестру Горбатенкину, кого еще, – заторопилась Ирина, чтобы сгладить бестактность. – Чернов в свое время работал первым секретарем крайкома, его вместе с женой ваши любимые органы под микроскопом проверяли, так что Аврора Витальевна могла быть только самой собой и никем другим.

Гортензия Андреевна покачала головой, ссыпала нарезанный помидор в салатницу и взяла длинный изумрудный огурец с легкомысленным желтым цветочком:

— Чем заправлять будем, сметаной или растительным маслом?

— Как вам больше нравится, – отмахнулась Ирина, которой хотелось поскорее узнать подробности.

Старушка тщательно нарезала огурец, отмерила ровно две столовые ложки постного масла, неторопливо перемешала и только после этого продолжила рассказ.