Книга Прибавление семейства, страница 77 – Мария Воронова

Горбатенко оставил ребенка у себя, а сам принялся осторожно наводить справки. Он примерно уже представлял себе, что происходит, хотя отчаянно не хотел в это верить, но действительность оказалась страшнее самых мрачных его ожиданий.

Фон Таубе держался очень стойко, не давал признания даже под пытками, тогда доблестные чекисты, которым, чтобы разоблачить могучий троцкистский блок в Красной армии, его показания были нужны как воздух, решили ударить в самое уязвимое место и арестовали его жену, надеясь, что угроза ее жизни сделает врага народа более разговорчивым.

Вероятно, так бы и случилось, но Ксения в то время ждала ребенка, а избиение и тесная душная камера спровоцировали выкидыш, от которого она скончалась.

Дальше Горбатенко спрашивать не стал, судьба фон Таубе была ему ясна и так. Расстрел или лагерь, ибо чекисты точно не выпустят на свободу человека, чью беременную жену они только что убили самым жестоким и циничным образом.

Он всюду опоздал, осталось только спасти ребенка. Виталий понимал, что Ксению-младшую ждет незавидная судьба. Дочь врагов народа не сможет получить хорошего образования, получить интересную работу, а когда повзрослеет, то с очень большой долей вероятности сама попадет под каток репрессий, ибо ты можешь сто раз понимать, что советская власть самая лучшая и справедливая, но вряд ли искренне ее полюбишь, когда она сделала тебя круглой сиротой.

Но эти страхи можно отложить до совершеннолетия, а что делать с ребенком сейчас? Детский дом это лотерея, можно попасть в хороший, а можно оказаться в условиях хуже тюрьмы. Если же Виталий оставит девочку у себя, то это навлечет на него ненужные подозрения, компетентные органы задумаются, с какой целью он пригрел дитя врагов народа.

Горбатенко покумекал да и рванул в родное село, откуда через неделю вернулся с дочкой Авророй, которая, оказывается, родилась у него от короткого романа с односельчанкой, когда он приезжал навестить родню. Метрику нарисовала другая сестра Виталия, очень кстати работавшая делопроизводителем в местном загсе.

Так Ксюша фон Таубе стала Авророй Горбатенко.

Сослуживцы не особенно удивились появлению у Виталия дочери. Кто без греха, в конце концов, и молодец товарищ Горбатенко, что забрал девочку к себе после смерти матери, все ей лучше будет с родным отцом, чем в чужих людях. И ему после смерти жены легче, а то совсем он сник.

Недовольна осталась только сестра Виталия, которая единственная в Ленинграде знала правду. Она боялась, что афера вскроется, и тогда крупные неприятности начнутся не только у брата, но и у всей его родни. Между тем ее собственная судьба складывалась как нельзя лучше. Окончив училище, она, имея нужное крестьянско-бедняцкое происхождение, поступила в медицинский институт, вышла замуж за молодого врача с такими же безупречными корнями, родила сына и смотрела в будущее с большим оптимизмом. Брат-политзаключенный был ей совершенно ни к чему, поэтому она порвала с ним всякие отношения. Горбатенко расстроился, но был благодарен уже за то, что она на него не донесла.

Как они с Ксенией-Авророй жили дальше, сестра не знала. Брат вновь возник на ее пороге только в начале войны. К тому времени Горбатенко, прикрывшись болезнями и нервным срывом от потери жены и новорожденного сына, ушел с партийной работы, сосредоточившись на литературе, где добился если не читательской любви, то прочного положения в Союзе писателей. Вместе с другими членами этого объединения он сразу отправился на фронт военным корреспондентом, и, уходя, просил сестру присмотреть за дочерью.