Книга Новая сестра, страница 123 – Мария Воронова

— Ну, слава богу, у меня хватает грехов на совести. Проведем вечность вместе. Это и будет твой ад.

Костя расхохотался, потом, резко оборвав смех, приник к ее губам.

— Тогда об утраченном рае точно жалеть не буду, – прошептал он, – лишь бы с тобой.

Одеяло упало на пол, заскрипела кровать, и они, соединившись в темноте, будто слетали в вечность на разведку, но лягушка сидела на своем месте в самом дальнем уголке души, дышала, раздувая горло, и смотрела на Элеонору своими безжалостными круглыми глазами.

* * *

После Нового года Катя старалась уходить со службы не вовремя, что для личной сестры ведущего хирурга было, конечно, невозможно, но раньше Стенбока и окольными тропами, чтобы случайно не столкнуться с ним на территории.

На случай, если бы Александр Николаевич пришел с инспекцией в оперблок, у нее был готов план укрыться в душевой. Туда деликатный Стенбок точно не сунет свой любопытный нос.

Кате не хотелось с ним видеться, потому что Александр Николаевич поздоровается с нею первый, назовет по имени, а это будет неправильно, ведь он не здоровается с другими рядовыми сестрами и не помнит, как их зовут.

«Кажется, – весело думала Катя, без приключений миновав опасную зону и маршируя к трамвайной остановке, – меня исключили из института за кумовство не совсем без вины, а, так сказать, авансом. В институте ничего такого не было, а тут я правда становлюсь на особом положении, потому что внучка Тамары Петровны Холоденко и Воиновы хорошо ко мне относятся. Тоже, кстати, не потому, что я такая хорошая, а потому, что внучка. Прямо как в поговорке, за что боролись, на то и напоролись. Но, видно, люди не машины, всегда человеческое присутствует, а если его искоренять, то только хуже. Надо самой стараться быть скромнее, знать свое место и не злоупотреблять благожелательным отношением. Оправдать доверие коллектива…»

Припомнив этот затертый лозунг, Катя засмеялась. Был уже пятый час вечера, но солнце еще светило из-за крыш, а в высоком голубом небе виднелась легкая, как облачко, тень луны. Катя загляделась. Сегодня она была похожа на колобок с разинутым ртом.

Снег весело скрипел под ногами, сосульки поблескивали в солнечных лучах, и Катя подумала: «весна не за горами», хотя до той оставалось еще долго-долго, еще много темной ленинградской зимы, морозов и снега.

— Добрый день, Катюша, – произнес вкрадчивый голос над самым ухом.

Катя резко обернулась. Рядом стоял незнакомец и ласково улыбался.

— Кто вы? – воскликнула она. – Что-то случилось? С Татой?

Человек улыбнулся еще шире:

— Что вы, Катюша, почему сразу надо думать о плохом? Все с вашей Таточкой в порядке.

Катя выдохнула и посмотрела на него внимательнее. Ничем не примечательный человек средних лет, среднего роста, в обычной шляпе и пальто. Так выглядят все ИТР и даже некоторые рабочие. Лицо под шляпой приятное, даже благородное, с высокими скулами и четким решительным ртом.

— Кто вы и что вам нужно? – спросила она резко.

— Не бойтесь, Катюша, я не причиню вам вреда. – Он вежливо, но крепко взял Катю под локоть. – Давайте-ка мы с вами прогуляемся и спокойно поговорим.

— Кто вы? – повторила она, хотя уже понимала кто.

— О, трамвайчик! Ваш? Побежали.

Незнакомец галантно подсадил Катю на подножку, дождался, пока она оплатит билет, а сам махнул перед кондуктором книжечкой красного цвета. Кате он, впрочем, ее не показал, а быстро спрятал во внутренний карман пальто, обернулся и, снова взяв ее под локоток, сказал с приятной улыбкой: