Книга Развод в 35. Я больше не твоя, страница 132 – Валери Овчинникова

Голосовое заканчивается.

Мама медленно ставит чашку на стол.

— Ну, поздравляю. Она сама все подтвердила.

Я киваю.

Сохраняю.

Отправляю Елене Павловне.

Ответ приходит почти сразу:

«Отлично. Это подтверждает, что сообщение ребенку отправлено осознанно. Завтра подготовим заявление и ходатайство по ограничению контактов третьих лиц с детьми».

Опять «отлично».

У меня уже скоро на это слово будет нервный тик.

Я выключаю звук на телефоне. Проверяю детей. Соня спит, обняв зайца. Даня лежит на боку, глаза закрыты, но я не уверена, что он спит. Не трогаю. Иногда ребенку тоже нужно полежать и подумать без взрослого над головой. Даже если взрослой очень хочется сесть рядом и караулить каждое дыхание.

Возвращаюсь на кухню и сажусь перед ноутбуком. Завтра работа. Завтра документы. Завтра юрист. Завтра снова надо быть адекватной. Не железной. Просто адекватной. Как сказала Елена Павловна.

Проверяю почту.

Там сообщение от Марины из HR. Короткое: юридический отдел подготовил ответ на письмо Максима, мне ничего дополнительно делать не нужно. Хорошо. Еще одно место, где не надо тушить пожар собственными руками.

Потом открываю рабочий чат.

Сообщение от Власова пришло час назад, но я не видела из-за выключенного звука.

«Завтра в 9:15. Южный блок. И не приходите без завтрака».

Я смотрю на эту фразу и устало улыбаюсь.

Не «как вы». Не «держитесь». Не «я рядом». Просто южный блок и завтрак. В его исполнении это, видимо, почти забота, но такая, чтобы никто не расслаблялся.

Я набираю:

«Буду. Завтрак постараюсь».

Стираю «постараюсь».

Он же придерется.

Пишу:

«Буду. Позавтракаю».

Отправляю.

Ответ приходит через минуту:

«Принято».

Вот и весь разговор.

И почему-то этого достаточно.

Я уже собираюсь закрыть ноутбук, когда в комнате Дани коротко вибрирует телефон.

Я замираю.

Потом встаю и иду туда.

Даня сидит на кровати, держит телефон в руках. Лицо белое.

— Мам…

Я забираю телефон.

С того же неизвестного номера пришло новое сообщение.

На этот раз не текст.

Фото.

Я и Кирилл Сергеевич на ступенях суда. Момент пойман удачно — слишком удачно. Он слегка наклонился ко мне, я смотрю на него снизу вверх. Со стороны можно придумать что угодно, если очень захотеть. А Кристина явно захотела.

Под фото подпись:

«Мама тоже уже выбрала новую семью. Просто она тебе врет».

Я смотрю на фотографию в Данином телефоне и думаю, что если бы злость можно было налить в кастрюлю, у нас бы на плите сейчас не суп грелся, а что-то гораздо более опасное. Причем без крышки.

На фото я и Кирилл Сергеевич у суда.

Момент выбран не случайно. Конечно, не случайно. Он чуть наклонился ко мне, я смотрю на него снизу вверх, лицо у меня уставшее, растерянное, а со стороны, если очень постараться и иметь достаточно грязное воображение, можно придумать любую историю. Хоть про роман, хоть про новую семью, хоть про то, что я прямо на ступенях суда выдала детей бабушке и пошла выбирать себе другого мужчину.

Под фото подпись:

«Мама тоже уже выбрала новую семью. Просто она тебе врет».

Я медленно выдыхаю.

Хорошо, что телефон у меня в руках. Потому что если бы он сейчас был у Кристины, я бы, наверное, впервые в жизни всерьез задумалась, насколько сложно попасть по человеку папкой с документами. Папка тяжелая. Документов много. Удар был бы убедительный. Но, к сожалению, у меня дети, суд и необходимость оставаться адекватной. Елена Павловна сказала: не железной, а адекватной. Вот и стою. Адекватная. С телефоном восьмилетнего сына, которому взрослая беременная женщина присылает фото моей спины у суда и пишет про новую семью.