Онлайн книга «Неправильная подруга»
|
— Будущему… мужу? Даниииил! Можно тебя! — На улицу не пойду, а при маме ты кричать не будешь, — пожимает Данил плечами, даже с места не сдвинувшись. — Знаешь, как я устал сегодня от ора… Наглец! Подлец! — Ладно, орать не буду. Хотела тебя… В баню позвать. — В баню? С тобой? — Ну конечно. Попарю тебя как следует веником. — улыбаюсь улыбкой анаконды, а Данил ведется. Тут же подскакивает. — И правда. Сходите. Сейчас полотенца принесу. Я уже предвкушаю месть за все свои страдания и натягиваю валенки и пуховик, чтобы дойти до бани. Мама передает мне полотенца и подмигивает, а я даже не улыбаюсь. Как же легко ее обмануть, наивная душа. Данил довольный как сытый волк натягивает ботинки, пальто и выходит на мороз со мной. Идет сзади молча и часто дыша. — Ксюш.. — Помолчи, давай до бани дойдем. — Надеюсь, ты не собираешься меня там закрыть и сжечь.. — Интересная идея, жаль она мне в голову не пришла… Данил хохочет и хватает меня возле бани, за что тут же получает полотенцем. — Ну что ты творишь! Мама смотрит! — А ты думаешь, она не понимает, чем мы будем там заниматься. — Париться мы будем! — открываю дверь, погружаясь в приятное тепло предбанника. Данил хохочет, садится на корточки и подкидывает дров в тлеющие угли. — И париться Ксюшка, и жариться. Никуда тебе от меня не деться… — Но сначала париться… — Не вопрос, — раздевается он, почти моментально оставаясь неглиже, со своим копьем на перевес… — Я готов… — Не сомневаюсь, — хрипло произношу, от одного взгляда на его такой откровенный стояк мысли от наказания тут же переходят к поощрению. Нужно собраться, нужно дать понять, что со мной и моей мамой шутки плохи. Тоже раздеваюсь, пока он заходит внутрь, издавая стон… — Какой кайф, сто лет в бане не мылся… Эй, ты все снимай, не халтурь… Ладно. Расстегиваю лифчик и бросаю на скамейку к его вещам. Захожу в жар, опаляющий лицо и тело, не забыв прихватить березовый веник. — Ложись на живот, если сможешь конечно своего коня разместить… Данил усмехается и ложится, убрав член рукой, а я наливаю в тазик горячую воду, немного разбавив холодной, окунаю туда веник под его монотонное бормотание. — Знаешь, я думал ты орать будешь. Ты меня даже удивила… Ага, я тебя еще не так удивлю. Даже жалко бить такую шикарную задницу, ну да ладно… — Ну а чего на тебя орать, ты слов не понимаешь… — говорю и, размахнувшись, бью по заднице веником. — Ксюша! — Лежать! — новый удар. — Как тебе вообще в голову пришло так обманывать мою маму и ради чего! Ради того, чтобы раз — другой трахнуть меня! Удар за ударом под его крики. По спине, по ногам, опаляя снова и снова горячей водой. Это приносит облегчение, а рука начинает уставать. И стоит мне на секунду отвлечься, как Данил забирает у меня веник и хлещет меня же по груди. — Эй! — Вот и я говорю: «Эй», — разворачивает он меня и бьет по заду. Вырываться бесполезно, все ощущения обостряются на сто процентов стоит некоторым веткам задеть половые губы. — Перестань! — умоляю я, но Данил безжалостно хлещет мою задницу, а потом вдруг вместо веника я чувствую твердую плоть, что тычется между ног. Данил наклоняет меня и всаживает член с размаха, как веник, опаляя уже тело изнутри… Я даже сказать ничего не успела, да и не смогу, теперь все, что я могу— это мычать и стонать под жесткие шлепки тел друг об друга. Сильно. Резко. Словно наказывая. Его руки мнут мне грудь, а я сама выгибаю спину, позволяя ему входить глубже, причиняя мне почти боль. Мне хочется больше, сильнее, дольше, но напряжение последних часов рвет пружину, и оргазм накрывает лавиной, не давая даже сделать глубокий вдох. Еще пара движений членом внутри и Данил замирает, кончая внутрь… Внутрь! |