Книга Неправильная подруга, страница 74 – Любовь Попова, Елена Гром

— С работы? — спрашиваю, пока садимся в машину, но Данил головой качает.

— Воскресенье ж…

— Да, точно. Руслан, пристегнулся?

— Конечно, — отворачивается он к окну и утыкается в телефон, а я понимаю, что разговор наверняка прошел не так, как мне бы хотелось. Может быть, не стоило идти на поводу у Данила и самой поговорить с сыном.

Данил в очередной раз сбрасывает звонок, а потом и вовсе отключает телефон. Теперь неизбежность катастрофы давит еще сильнее. Вчерашняя эйфория рассеивается, а в голову все больше и больше лезут последствия решений, которые мы вчера приняли.

Что дальше?

Да, мы любим, да мы хотим быть вместе, но мы ведь не живем в вакууме, мы не одни. А значит нам придется перед кем — то оправдываться, с кем — то бороться. Вопрос в том, как сильно мы хотим этой борьбы и не проще ли сдаться сейчас, пока это все не зашло слишком далеко.

— Ксень, перестань думать так громко, у меня уже голова болит.

Молчу. Отвечать не хочется. Лишь посматриваю на сына в зеркало, но он лишь угрюмо опустил голову и на нас не смотрит.

— Рус, чего напрягся ты. Вот мама уже расстраиваться начала.

— Ну причин же нет для напряжения. Моя мама всего лишь разрушила чужую семью.

Я ахаю, закрываю руками лицо.

Данил не оборачиваясь, говорит.

— Семьи давно не было, да и будем говорить откровенно, разве твоя мама способна на такое? Я сам полез к ней, а она, надо сказать, долго и упорно вертела свой маленький носик.

Ну не так уж и долго…

— Да понятно вроде, вы говорили, только как я теперь с Кариной дружить буду. Она же меня возненавидит.

— Ну ты прям недооцениваешь интеллект моей дочки. Она уже давно не надеялась, что мы с ее мамой будем жить вместе, так что причин для паники нет Я поговорю с ней и дружить вы будете так же, как раньше. А может быть даже станете братом и сестрой. М? Как тебе такая перспектива?

— Ну… Прикольно.

— Кстати, сегодня ж молодежная лига играет, хочешь, вместе сходим?

— О, да, давайте. А можно и Каринку с собой взять, ну так, чтобы заранее подготовить к новости.

— Ну… А почему нет. Она конечно хоккей не очень, но мы ей расскажем как круто смотреть хоккей, а не только этим вашим фигурным заниматься.

— Ты что — то — имеешь против фигурного, — встреваю я, чувствуя, как стало легче дышать. Нельзя обижаться на сына, который говорит то, что думает. Особенно в такой непростой ситуации. Он сейчас в таком возрасте, когда сильно зависим от чужого мнения и еще неизвестно, что завтра на катке будут говорить обо мне, и как ему с этим жить дальше.

— Ни в коем случае, как раз хотел записаться и выучить пару акселей.

Руслан прыскает со смеху, да и мне улыбка дается все легче. Даже когда Данил уезжает от нас по делам, я не сдаюсь собственной хандре, а активно занимаюсь делами. Стирка, уборка, уроки с молчаливым Русланом. Думаю, пока он не убедится, что в его вселенной особо ничего не поменялось, так и будет говорить со мной крайне короткими предложениями вроде нет и да.

Вечером звонит Данил, и я дико рада его слышать. До его звонка даже мелькнула мысль, что все это мне приснилось, что я сама себе придумала и вчерашний роковой день и горячее бесстыдное продолжение. Сама придумала признание в любви того, к кому сама прикипела всем сердцем.

— Ну что, Рус готов?

— Ну вроде. А Карина? — спрашиваю осторожно. Одно дело — ненависть подруги, другое дело — дочери, ради которой Данил готов срываться, куда угодно и во сколько угодно.