Книга Гостевой дом сударыни Бережной, страница 69 – Вивьен Ламур

Мама покачала головой, но в её глазах появилось что-то новое: любопытство, смешанное с беспокойством.

— Ладно, не будем сейчас об этом, — сказала она мягко. — Давай-ка в дом зайдём, я тебе воды принесу. Ты бледная как смерть.

Я кивнула и сделала шаг, потом ещё один. Шла по вытоптанной дорожке к дому, но на полпути остановилась. Повернула голову влево, туда, где когда-то стоял дом Ветрова. Там, за низким штакетником, который я помнила, теперь возвышалось другое здание. Двухэтажное, из современного камня, с огромными окнами и ровной черепичной крышей. Особняк. Новомодный, безликий, не имеющий ничего общего с тем уютным домом из ракушечника, в котором жил Алексей Павлович.

Сердце сжалось. Я почувствовала, как к горлу подступает ком. Дом снесли. На его месте вырос чужой, холодный особняк.

— Вера, что с тобой? — мама подошла ко мне, взяла за локоть. — Ты куда смотришь?

— Ничего, — я заставила себя улыбнуться, хотя внутри всё переворачивалось. — Просто… показалось.

Я пошла к дому быстрее, почти бегом, оставляя маму позади. Вбежала в прихожую, и знакомый запах, старый, тёплый, пахнущий деревом и морем, накрыл меня с головой. Я провела ладонью по стене. Шершавая, неровная, та самая. Дом помнил меня.

— Вера, ты куда? — мама вошла следом, запыхавшись. — Что ты делаешь?

— Мне нужно кое-что проверить, — сказала я, не оборачиваясь. — Подожди меня здесь.

Я прошла в кухню. Старая кухня, в которой когда-то хлопотала Агаша, которая помнила запах пирогов и мятного чая. Всё здесь изменилось: стояла современная плита, холодильник, пластиковые шкафчики. Но я искала не это. Я подошла к углу, где когда-то был люк в подвал, и опустилась на колени. Пол был застелен линолеумом, но я чувствовала, что под ним старая деревянная крышка.

— Что ты делаешь? — мама стояла в дверях, глядя на меня с недоумением. — Вера, ты меня пугаешь.

— Всё хорошо, мам, — я принялась отдирать линолеум, и он с треском поддавался. — Просто подожди.

Под линолеумом действительно оказалась старая деревянная крышка люка с железным кольцом. Я взялась за него, потянула на себя. Крышка поддалась не сразу, но я упёрлась ногой и дёрнула сильнее. Ржавые петли заскрежетали, и люк открылся. Из подвала пахнуло сыростью, плесенью, временем.

Я заглянула внутрь. Там было темно, и я не видела дна.

— Вера, ради бога, что ты там ищешь? — мамин голос стал тревожным.

— Ключи, — сказала я, поднимаясь на ноги. — Здесь где-то должны быть старые ключи. На связке. Бабушка их хранила, я помню.

— Какие ключи? — мама растерянно пожала плечами. — Я видела только связку старых ржавых ключей в ящике кухонного стола. Думала, выбросить, но…

— Где они? — перебила я.

— Вон там, — она указала на ящик у стены.

Я рванула к нему, открыла. На дне, среди старого хлама, лежала большая связка ключей. Я перебрала их дрожащими пальцами, и сердце забилось чаще. Вот он. С резной головкой. Тот, который открывал дверь в тайном проходе.

Я сжала его в кулаке и повернулась к люку.

— Вера, ты собираешься лезть туда? — мама шагнула ко мне. — Там же темно, сыро, там крысы…

— Мам, — я взяла её за руки и посмотрела прямо в глаза, — пожалуйста, подожди меня здесь. Я вернусь через несколько минут. Обещаю. Всё будет хорошо.

Она хотела возразить, но я уже повернулась к люку, взяла из ящика фонарик и включила его. Свет выхватил из темноты старые каменные ступени, покрытые слоем пыли. Я сделала глубокий вдох и поставила ногу на первую ступеньку.