Книга Шепот пустыни: кровавая охота, страница 28 – София Бёрк

Первый скорпид, не ожидавший атаки, рухнул на землю, рассеченный надвое точным и безжалостным ударом. Но второй оказался хитрее, быстрее, злее. Он, словно черный вихрь, увернулся от смертоносной стали, его сегментированный хвост с ядовитым жалом на конце угрожающе изогнулся.

Монстр приготовился к прыжку, который стал бы для Фионы последним. Но в этот миг воздух прорезал свист, и колоссальная тень Ифрита обрушилась на скорпида. Это был не бой — это было избиение. Могучий хвост, покрытый бронированной чешуей, врезался в хитиновый панцирь с оглушительным треском. Тварь, пронзительно взвизгнув, отлетела в сторону и метеором врезалась в скалу, оставив на камне глубокую вмятину. Огонь из пасти Ифрита должен был расплавить скорпида, однако тот сжался и затих, рухнув на спину. Кажется, сдох.

Увидев Ифрита, Кассий мгновенно сменил цель. В его мире не было места для «хороших» монстров. Все они были чумой, которую нужно выжечь. Он занес меч над гигантом, готовый нанести удар.

— Нет! — отчаянный крик Фионы заставил его замереть. Она бросилась между ними, раскинув руки, задыхаясь от бега и страха. — Кассий, не смей! Он спас меня! Он свой!

Мужчина недоверчиво переводил взгляд с решительного лица девушки на громадного монстра. Ифрит стоял неподвижно, лишь из его глотки доносилось низкое, вибрирующее урчание.

— Отойди в сторону, женщина. Он такой же, как они! — прорычал Кассий, не опуская меча.

— Ты не понимаешь! Он другой! Он защищает меня! — в её голосе звенело отчаяние.

В этот момент их спор прервал звук, от которого стыла кровь в жилах. Оглушенный скорпид пришел в себя. Его визг был не просто криком — это было звуковое оружие, искажающее реальность, впивающееся в мозг ледяными иглами. Фиона зажала уши, её мир поплыл, превращаясь в калейдоскоп боли и ужаса. Обезумевшая тварь, игнорируя Кассия, снова бросилась на самую уязвимую цель — на неё.

Но прежде чем монстр достиг её, Ифрит сделал шаг вперед, полностью закрывая Фиону своим массивным телом. Он принял на себя всю мощь звуковой атаки, не дрогнув, и встретил нападавшего с яростью древнего бога.

Эта безмолвная сцена самопожертвования наконец пробила броню недоверия Кассия. Он увидел не монстра. Он увидел защитника. Осознав свою ошибку, он бросился на помощь. Начался смертельный танец. Кассий, быстрый и ловкий, отвлекал скорпида, его меч вспыхивал серебряными молниями, находя уязвимые места в хитине. А Ифрит наносил сокрушительные, ломающие кости удары, от которых содрогалась земля.

Победа была так близка, почти осязаема. Но агония делает монстров непредсказуемыми. В последнем, отчаянном рывке скорпид, уже пронзенный мечом Кассия, извернулся с неестественной гибкостью. Его хвост метнулся, как хлыст, и ядовитое жало, черное и острое, вонзилось Фионе в ногу.

Её короткий, полный боли вскрик утонул в предсмертном реве твари, которую в следующую секунду Кассий и Ифрит разорвали на части. Но это уже не имело значения.

Яд был подобен огню, бегущему по венам. Он действовал мгновенно. Кассий подхватил обмякшее тело Фионы, опускаясь на колени. Её дыхание стало рваным, а в глазах, устремленных в небо, гасла жизнь. Ифрит склонил свою огромную голову, его грозные черты исказила гримаса, похожая на скорбь. Фиона перевела на него затуманенный взгляд, и в самой глубине её зрачков отразилась тень благодарности. Слабая, почти невесомая улыбка коснулась её губ.