Книга Вор Мертвого города. Том 2, страница 146 – Андрей Глухарёв

Я перекатился, вскочил на ноги и оказался в густой удушливой темноте Артерий Утилизации.

Воздух здесь был влажным, пах гнилью и старой кровью, но после уличного смрада показался мне почти сладким.

Рядом, в тусклом зеленоватом свете гномьего фонаря, собрался отряд. Харгрим потирал ушибленный локоть и злобно бормотал что-то, Гаррис с парой уцелевших гвардейцев, и Крэг — с пустыми руками, с нескрываемым сожалением глядящий вверх.

А чуть в стороне, прислонившись к влажной стене, стоял Бран.

Живой. Целый. С рыжей всклокоченной бородой и своей фирменной, чуть наглой ухмылкой, в которой не хватало пары зубов.

— Ну что, воры, — протянул горец, отлепляясь от стены. Его голос прозвучал музыкой посреди этого ада. — Явились наконец? Я уж думал, вы решили остаться и пожить в каком-нибудь дворце.

Я выдохнул — узел в груди немного ослаб.

— Ты дурак, Бран, — сказал я, пряча улыбку за привычным цинизмом. — Мог бы уже пить эль за внешней стеной.

— И пропустить дележ вон той красивой цацки в твоей руке? — он кивнул на голову Призывателя с Венцом. — Я дикарь, но не дурак.

Бран шагнул ближе, оглядывая нас. Взгляд задержался на Лире. Она стояла, прижимая к груди сверток с ониксовыми плитами, тяжело дыша и дрожа всем телом. Лицо в грязи, синяя мантия изодрана, на коленях свежие ссадины.

Горец шагнул к ней. На лице проступило искреннее облегчение. Он было раскрыл огромные ручищи, явно намереваясь сгрести ее в охапку, но в последний момент осекся — то ли вспомнил про грязные руки, то ли просто смутился собственного порыва. Руки неловко повисли в воздухе, и он сделал вид, что просто хотел стряхнуть с нее пыль.

— Экая ты… извалялась вся, — проворчал он, неуклюже похлопывая ее по изодранному плечу. — Как поросенок из хлева, честное слово. Я думал, в Коллегии учат заклинанию от грязи.

Лира моргнула. Напряжение в глазах на миг сменилось растерянностью, потом на бледных щеках выступил румянец, совсем не подходящий к обстановке. Она опустила голову, пряча смущение, и тихо, но искренне фыркнула.

— Учат, — пробормотала она. — Но, видно, на тебя оно не действует.

Бран рассмеялся — коротко, беззаботно. Это была странно теплая минута передышки среди гниющего мрака. Момент, напомнивший, ради чего вообще стоит цепляться за жизнь.

Но Эре-Нергал не терпит долгих пауз.

Сверху раздался хруст. Первый упырь, не удержавшись на краю, с воем рухнул в колодец. Он тяжело плюхнулся на пол стока в трех шагах от меня, сломав лапу, но тут же зашипел и попытался подняться.

За ним, цепляясь когтями за ржавые скобы, полезли другие.

— Перерыв закончен! — рявкнул капитан Гаррис, мгновенно преображаясь. Вся его солдатская выучка вернулась разом. — В строй! Держим горловину!

Гвардейцы, несмотря на раны и усталость, привычно сомкнулись, выставив помятые щиты. Мечи тускло блеснули в зеленом свете. Даррен, шипя от боли, встал слева от них, сжимая в здоровой руке короткий клинок. Бран выхватил свой обломанный меч и встал рядом с Лирой.

— Крэг, твою мать, возьми хоть что-нибудь! — крикнул я, видя, как гигант стоит с пустыми руками, с тоской поглядывая наверх.

Здоровяк моргнул, огляделся, подошел к стене, ухватился за толстый ржавый прут, торчащий из старой кладки, и с натужным кряком выдернул его с корнем, осыпав нас крошевом. Прут был толщиной в мою руку и длиной в три фута.