Книга Эобара, страница 73 – Владимир Орестов

Разумеется, ему пришлось опять врать. Надя с большим удивлением восприняла историю о том, что «ночью, которой не было», они решили разделить пополам те деньги, которые Леонид копил на свадьбу и то, что тогда же она купила себе (с компьютера бывшего жениха) билет на Юг. Леонид буквально слышал, как трещит по швам идиотическая история, но, к счастью, Надя не стала задавать наводящих вопросов. Зато в конце разговора она добавила тихим, просящим тоном: «А, случайно, ты ко мне не приедешь?», после чего Леонид почувствовал себя совсем нехорошо.

Вероятно девушка, не поверив ни на грош в рассказанную историю, решила, что таким экзотическим образом, он хочет сойтись снова.

Быстро попрощавшись, Леонид закончил разговор.

Так или иначе, цель была достигнута. Он сильно сомневался, что Человек-Бабочка или кто-то подобный вновь решит поохотиться за Надей, но… это была точка воздействия на него и теперь она, эта точка, вот-вот должна была улететь подальше от Питера, Леонида и всей этой отвратительной и главное смертельно опасной мистики.

Он бы с радостью и брата отправил куда подальше – например, обратно в Штаты. Но это было не в его силах.

К счастью, Боря продолжал пребывать в VIP-палате хирургической клиники, удачно расположенной на оживлённом пятачке напротив сестринского поста и выхода с отделения. Нет, это не гарантировало брату защиту, однако же немного успокаивало Леонида. К тому же он не верил всерьёз, что Бори или Наде или кому-то ещё из его близких теперь угрожает опасность. Его нашли, его увидели, теперь – цель охоты он.

Мысль убежать из города самому, Леонид отбросил как абсолютно не имеющую смысла. Вдобавок – кто же тогда будет работать?

Передача смены прошла без сучка и задоринки, Леонид даже успел расслабленно выпить кофе с уходящим доктором и только потом приступить к работе.

Вначале он обошёл пациентов в количестве четырёх штук, трое из которых, вдобавок, прибывали уже в стабильном состоянии и наперебой просились на отделения – туда, где можно ходить и вместо судна – полноценные кабинки туалетов, - голубая мечта каждого, задержавшегося в условиях отделения реанимации более чем на сутки.

Затем Леонид вернулся на сестринский пост в коридоре и принялся корректировать назначения в ремкартах, рассеянно скользнул по сторонам глазами и… накрепко завис.

— Леонид Михайлович, всё в порядке? – испуганно спросила медсестра Люба. Он вздрогнул и обнаружил, что судя по всему простоял в ступоре, глядя на маленькую фотокарточку в углу поста, несколько минут.

— Всё хорошо, Люб, - рассеянно ответил Леонид. – Ты… сходи лучше, поставь глюкозу с калием Ефимовой. В час переведём её на терапию.

Внимательно посмотрев на доктора, Люба удалилась, а Леонид чертыхнулся себе под нос, одновременно поправляя воротник свитера.

Ещё одна медсестра, теперь будет думать, что он… того. Псих, колдун, вурдалак, «чёрный глаз»!

Убедившись, что медсестра ушла, он перегнулся через стойку и схватил в руки фотографию.

Катя.

Как давно он о ней не думал? Месяц? Год? А ведь фотография всё время висела здесь, несмотря на попытки Василия Михайловича её снять.

Светло-русые волосы, щербатая добрая улыбка, мелодичный смех и всегда накрашенные зелёные глаза.

Весёлая, никогда не унывающая, добрая.