Книга Орден Разбитого глаза, страница 177 – Брент Уикс

Он махнул рукой Гринвуди, и тот передвинулся со своей предательской позиции за плечом у Кипа.

— Кто начинает? – спросил Кип, беря карты.

— Я. По праву старшего.

Одна карта была лишней. Кип кинул свою раздачу на стол:

— Вы сдали мне восемь карт.

— В самом деле? Старость никому не идет на пользу!

Андросс сказал это с улыбкой, в которой на этот раз чувствовалось искреннее веселье. И это говорил человек, который еще пару месяцев назад выглядел на двадцать лет старше, чем сейчас!

Против воли Кип тоже улыбнулся – краешком рта.

— Расклад все равно был не из лучших, а? – заметил Андросс.

Подобрав Киповы карты, он быстро смешал их с остальными и сдал ему семь карт.

— Отвратительный, – подтвердил Кип.

Андросс засмеялся, и Кип вспомнил, как тот однажды признался, что Кип ему нравится… ну, немного. Только сейчас он сообразил, что неправильная раздача наверняка была проверкой: Андросс хотел посмотреть, станет ли он жульничать. «Впрочем, может быть, он и не видит в этом ничего дурного. Может, для него это называется не «жульничать», а «воспользоваться ошибкой соперника»…» В любом случае расклад был действительно ужасный – именно поэтому Кип бросил карты и потребовал пересдачи, вместо того чтобы протянуть их Андроссу и предложить ему вытащить лишнюю.

Промахос установил солнечные часы на предрассветный час и сделал первый ход.

— Итак, внук, – сказал он, – Хромерию ожидает битва не на жизнь, а на смерть, хотя большинство до сих пор и не осознало этого факта. Как, по-твоему, что здесь можно сделать?

Кип склонил голову набок:

— Вы серьезно? Вас действительно интересует мое мнение?

— Это тебя удивляет?

— Конечно.

— От рабов и шпионов можно узнать много полезного, и все это мне известно. Но есть такие вещи, которые можно увидеть только собственными глазами. А мои глаза в последнее время были…

— Разбиты? – предположил Кип.

Он не мог упустить случая вставить шпильку, памятуя о том, как Андросс подослал к нему госпожу Хелель – убийцу из Ордена Разбитого глаза. Кип увидел, что Гринвуди напрягся, однако Андросс как ни в чем не бывало продолжал:

— Бесполезны. Я мог чего-нибудь не заметить.

Тем не менее его пристальный взгляд не отрывался от Кипа.

— Слушай, мальчик, я бываю жесток к тем, кто переходит мне дорогу, не стану этого отрицать. Терпеть не могу, когда мною командуют глупцы. Но, победив, я великодушен. Просто я делаю все необходимое для победы, не надевая на себя лживую маску печали или сожаления. Ты считаешь меня из-за этого чудовищем? Другие чтут общепринятую мораль на словах, но отрицают ее своими действиями; я всего лишь более откровенен. Орхоламу нужны и честные люди, разве не так?

Его глаза поблескивали. Как типична для их семейства такая подмена понятий! Гэвин намекнул бы на свою нерелигиозность, заигрывая с опасностью переступить черту; Андросс просто проходил мимо этой черты, словно ее не было. «Но если такой подход все равно идет всем на пользу, кто скажет, будто Орхолам и действительно не использует его в Своих целях? Результат-то одинаков!»

К тому же он был промахосом. Он в любом случае должен был выступить против Цветного Владыки, хотя бы для того, чтобы сохранить свою власть.

Поэтому Кип рассказал ему о лекциях, о том, что магистры ограничиваются темами, не имеющими никакого отношения к текущему конфликту, и только инженеры, кажется, понимают стоящие перед ними проблемы. Кроме того, ему пришло в голову, что им не помешал бы целый контингент боевых цветомагов, а не только Черная гвардия и несколько разрозненных извлекателей, выучившихся военному искусству по требованию своих спонсоров. Он предложил рассекретить все книжки по тайной магии и начать ей обучать – или, по крайней мере, обучать людей защищаться от нее.