Книга Слепящий нож, страница 19 – Брент Уикс

— Говоря «убрать», я имею в виду, что тебе следует приложить все усилия, чтобы заставить его отказаться от своего места в Спектре. Мне нужно это место, Кип.

— Для чего?

— А вот этого я не могу тебе сказать. Вместо этого тебе следовало бы спросить, что я имею в виду, говоря «приложить все усилия».

— Ладно, и что? – спросил Кип.

Он все еще надеялся, что это обернется какой-нибудь шуткой, но сосущее чувство под ложечкой подсказывало, что надежды мало.

— Если ты не сможешь добиться убеждением или шантажом, чтобы Клитос подписал отказ по собственной воле, тебе придется его убить.

По спине Кипа прошел холодок, распространившись до лопаток. Он сглотнул.

— Средства выбирай сам, в этом я тебе доверяю. Это война, Кип. Ты сам видел, что бывает, когда у власти оказывается неспособный к ней человек. Губернатор Гарристона мог подготовить свой город; он знал, что на него надвигается. Но это бы стоило ему популярности и кучи денег вдобавок. Поэтому он предпочел, чтобы погибли люди. Вся эта мясорубка произошла из-за одного человека – всего лишь из-за его бездействия. И если бы мы не оказались там вовремя, было бы гораздо, гораздо хуже. Так это работает. Это все, что я могу тебе сказать.

Задание было невыполнимым, однако Кип ощущал странное спокойствие. В данный момент это не имело значения. О том, как выполнить невыполнимое, он будет думать потом, когда отец уедет.

— Он этого заслуживает? – спросил он.

Гэвин глубоко вздохнул.

— Мне бы хотелось ответить «да», чтобы тебе было проще, но… «Заслуживает» или «не заслуживает» – это такая скользкая вещь… Заслуживает ли казни трус, предавший своих соратников? Может быть, и нет, но это необходимо, потому что ставки слишком высоки. Клитос Синий – трус, верящий в ложь. Если человек верит в ложь и повторяет ее, является ли он сам лжецом? Может быть, и нет, но его необходимо остановить. Видишь ли, Кип, я не считаю, что Клитос плохой человек или что он заслуживает немедленной смерти, иначе я бы убил его сам. Но ставки высоки, и они продолжают расти. Сделай то, что будет необходимо. Сперва тебе нужно будет вступить в Черную гвардию; я договорился, чтобы тебя допустили к вступительным испытаниям. Когда ты станешь гвардейцем, твое положение поможет тебе довершить остальное.

Ну конечно. Проще простого! Впрочем, для Гэвина Гайла, возможно, это действительно было просто. Человеку с его возможностями все дается настолько легко, что он, должно быть, забывает, что у других может быть не так.

— Чего мы стремимся добиться? – спросил Кип. – Я имею в виду, в конечном счете.

— Война подобна разгорающемуся пожару. А любые застарелые разногласия – это сухое дерево, только и ждущее огня. Когда я воевал со своим братом, ко мне присоединялись люди, которые меня ненавидели, – но еще больше они ненавидели своих соседей, которые сражались на его стороне. Меньше чем за четыре месяца мы убили двести тысяч человек, Кип. У меня был шанс остановить эту новую войну ценой одного города и нескольких тысяч убитых. Я упустил этот шанс. Некоторые сатрапии не откажутся посмотреть, как будет гореть Аташ, другие не станут возражать, если пламя распространится и на Кровавый Лес, третьи не захотят, чтобы их сыновья гибли, защищая Рутгар, четвертые – чтобы их дочери достигли Освобождения после защиты Парии; этим будет ненавистна идея увеличения налогов ради илитийских язычников, тем – необходимость посылать свой урожай каким-то вонючим аборнейцам…