Книга Слепящий нож, страница 210 – Брент Уикс

Вдруг окончательно обессилев, он усадил Янус Бориг спиной к мокрой, грязной стене проулка.

— Ты, конечно, не прихватил мои кисти, – проговорила она, подняв брови.

Ливень смыл кровь с ее лица, и теперь оно выглядело неестественно бледным, чуть ли не светящимся.

— Потому что… – Она улыбнулась. Ее глаза были необычно яркими. – Теперь я знаю, кто Светоносец.

И Янус Бориг умерла.

Войско Цветного Владыки пробилось через горные проходы в Аташ, понеся лишь небольшие потери. Самого сражения Лив не видела, и к тому времени, когда она добралась до перевала, все признаки боевых действий уже исчезли.

Все предполагали, что, пройдя перевал, армия тронется прямиком к Идоссу – крупнейшему городу в южном Аташе. Вместо этого, разослав по аташийским деревням небольшие отряды фуражиров, чтобы собрать провиант для армии, Владыка повел основной корпус войск к югу, углубившись в горы. Он пересек реку и главную дорогу, после чего отправился не вниз по течению, к Идоссу, а вверх.

В конце концов они добрались до великих серебряных рудников в Лаурионе. Лив никогда не видела ничего подобного: склоны холмов были изрыты шахтами по меньшей мере на лигу в каждом направлении. Владыка сказал, что здесь триста пятьдесят шахт, где работают тридцать тысяч рабов. Формально рудники принадлежали аташийскому правительству, но их арендовала знать со всех Семи Сатрапий, выплачивая государству плату и процент от своих прибылей. Лив слышала лишь о том, что рабов посылают на эти рудники, но у нее не было никакого представления о том, что это значило в реальности, – только что это что-то очень плохое, чем владельцы угрожают ленивым или непокорным рабам. Некоторые аташийские студенты в Хромерии упоминали, что их семьи после того, как проходила пора сбора урожая, сдавали рабов внаем богатым рабовладельцам, которые переправляли их к рудникам, отдавали в работу, а затем возвращали обратно перед посевной. И что вроде бы многие из них не возвращались, ввиду чего рабов обычно сдавали внаем только те, кто отчаянно нуждался в деньгах.

Вокруг рудников на вершинах холмов располагалось кольцо деревянных башен. Территория рудников была слишком обширной, чтобы ее можно было огородить, но заросли внутри нее были расчищены. Сбежавшему рабу пришлось бы пересечь немалую толику открытого пространства. При каждой башне имелся небольшой гарнизон стражников с лошадьми и несколькими мастифами, натасканными для охоты на людей.

Ниже рудников, возле реки, находился маленький городок под названием Форикос. Здесь руду перегружали на баржи, сюда из окрестных деревень привозили провизию, здесь заключались сделки между рабовладельцами, продавались орудия труда и медикаменты, а также решались все споры. Впрочем, армия Владыки застала Форикос практически пустым. Все, кто мог сбежать, сбежали; остался только пожилой член городского управления и те из жителей, кто был слишком немощен или стар, чтобы пережить путешествие по горам. Лив поразилась трусости их семейств: как можно оставить престарелую мать на милость наступающей армии? Война обнаруживает в большинстве людей самое худшее, а лучшее – лишь в немногих.

Сражения не было. Когда управители рудников увидели, какие силы им противостоят, они тотчас поняли, что сопротивление равносильно самоубийству. Размещенные в Лаурионе солдаты были охранниками, которые следили за рабами и ловили беглых, а не дисциплинированными воинами. Среди них было лишь с полдюжины женщин-цветомагов, и ни одна из них не имела боевого опыта. Всех опытных бойцов перебросили в Идосс.