Книга Слепящий нож, страница 224 – Брент Уикс

Без приключений вернувшись в комнату Железного Кулака, Кип принялся разглядывать шкатулку с картами. Разумеется, ее никто не трогал. И командующего все еще не было. Шкатулка – единственное, что осталось от работы, которой Янус Бориг посвятила свою жизнь, – была сделана из древесины оливкового дерева и кости, лакированной и инкрустированной электрумом. Кип обтер ладони о рубашку, чтобы они были не слишком жирными, и раскрыл ее.

Карты скользнули в его ладонь. Оригиналы. Он мог разглядеть на них миниатюрные мазки кисти: краска, имея собственную толщину, выступала над поверхностью карт, где были тщательно прорисованы мельчайшие детали. Однако это были не просто оригиналы. Названия карт – и имена на персональных картах, и названия вспомогательных игровых карт, – насколько знал Кип, никогда прежде не вступали в игру: «Талон Гим», «Диди Падающий Лист», «Изем Красный», «Орея Пуллавр», «Пленник», «Новый Зеленый Выцветок», «Выцветок-Полихром», «Орлов Кунар», «Джинг», «Пороховой Заряд», «Люксиновые Гренады», «Убийца Морского Демона», «Кремневое Ружье», «Мерцающий Плащ», «Ересь», «Трехглазый Бен», «Усем Дикий», «Ганеш Медведь»…

Кип остановился. «Мерцающий Плащ»? Орхоламовы яйца! На рисунке был изображен презрительно усмехающийся мужчина с густыми бровями. Это был Вокс! Его серый плащ был виден ниже шеи, где в его горло врезались цепи, а дальше тела не было видно. Подпись гласила: «Для светореза дает невидимость, за исключением под-красного и сверхфиолетового спектра».

«Для светореза?»

Кип воззрился на два плаща, сохнущие возле огня. «Эти карты реальны! На них изображены реальные вещи, они говорят правду!» Карты были новые, и люди на них еще недавно были живы. Несколько имен Кип узнал: они принадлежали извлекателям, с которыми он встречался под Гарристоном.

И если некоторые из людей, изображенных на картах, недавно были живы, вполне возможно, что кто-то из этих людей жив до сих пор!

Кип принялся еще более поспешно перебирать карты, уже не пытаясь ухватить все детали, насладиться искусством выполнения рисунка. Он охотился.

«Посредник»… «Тень»… «Тала»… «Огнерук»… «Ахейяд Яркая Вода»… «Самила Сайех»… «Прорванный Ореол»… «Падший Пророк»… «Черный Видящий»… «Зерцало»… «Зеркальные Доспехи»… «Технолог»… «Новатор»… «Цветной Владыка»…

Это была не колода. Здесь не было нескольких копий одних и тех же карт, которые можно было бы использовать в игре, чтобы увеличить вероятность их выпадения. Это был абсолютно новый набор.

Кип искал карту своего отца. Где же она? Что она сможет ему сказать?

«Зимун Танцор». «Корс Анжье». «Лишение Сил». «Инкорпорированный». «Черный Люксин». «Обсидиановый Кинжал». «Многоцветные Очки». «Ангарский Змей». «Андросс Красный»…

Кип почувствовал в своих жилах лед. Перед ним был молодой Андросс Гайл – красивый и сильный воин. В его руке был белый кинжал, за плечами колыхался потрепанный плащ, сзади виднелись три мальчика: один справа, другой слева и еще один едва виднелся на расстоянии.

«Орхолам! Он выглядит настоящим героем…»

Отложив карту в сторону, Кип продолжил поиски. «Винтовка Цветного Владыки»… Винтовка? Кип даже не знал, что значит это слово. Не то чтобы в этом было что-то особенно необычное – как насчет «Инкорпорированного», например? Если бы у него было время, он, вероятно, сумел бы догадаться о значении отдельных карт по рисункам, но время казалось сжатым, спрессованным. Словно в любой момент сюда мог кто-то ворваться и отобрать у него карты, после чего они будут потеряны навсегда.