Книга Слепящий нож, страница 386 – Брент Уикс

— Это повторяется раз за разом, – произнес Железный Кулак. Они сидели на палубе, жуя галеты и колбасу. – Вот и сегодня вы снова это сделали.

— Что, потопил корабль? – переспросил Гэвин.

Кажется, попытка вернуться к прежнему беззаботному тону стоила ему некоторого усилия. Но он был Призмой – он должен был показывать пример.

Железный Кулак отказался взять приманку:

— Этот корабль мог уничтожить половину нашего флота еще до того, как мы бы добрались до Аташа, однако мы даже не знали о его существовании! И вот угрозы больше нет, так что для этих идиотов-генералов ее словно бы никогда и не было. Мы, конечно, расскажем им о том, что здесь сегодня произошло. Найдутся те, кто нам не поверит. Большинство решит, что мы преувеличиваем, чтобы выставить себя в лучшем свете. Но даже те, кто нам поверят, не будут знать, через что мы прошли. У них не будет представления о том, как это было в действительности.

Гэвин едва заметно повел плечами.

— И вы делаете это постоянно. С тех самых пор, как закончилась война. Вы спасаете людей – а они даже не знают об этом! Вы останавливаете войны, топите пиратов, уничтожаете выцветков, в одиночку расправляетесь с разбойными шайками – и все это без малейшей похвальбы, даже не прося благодарности! Воистину вы – «тот, кто сражается впереди», – закончил Железный Кулак. – Промахос.

Какое-то время Гэвин молчал.

— Сегодня мы все были промахосами.

— Спектр давным-давно даровал вам этот титул, а потом забрал обратно. Они могут забрать у вас титул, мой господин, но ваше имя им никогда не отобрать. У нас в Черной гвардии знают, что значит истинное, тайное имя – имя, показывающее, чем человек является на самом деле. Вы – Промахос, милорд Призма!

— Промахос, – вполголоса повторили другие гвардейцы.

— Промахос, – еще раз сказал Железный Кулак, скрепляя имя. – Я благодарен вам, Промахос. За все, что вы сделали и о чем я не знаю. За цену, которую вам пришлось заплатить и значения которой я не понимаю. За то, что вы делаете то, чего другие не могут или не хотят делать. Спасибо вам! И знайте: Черная гвардия была учреждена с двумя целями – следить за врагами Призмы и одновременно за самим Призмой. Из-за последнего вы всегда нам не доверяли – и были правы. Но сегодня я говорю вам, что до тех пор, пока я жив и дышу, Черная гвардия никогда не обратится против вас! Это великая честь – служить вам, Промахос, и мы будем служить вам кровью и костью!

— Кровью и костью, – повторили гвардейцы.

— Кровью и костью, – закончил Железный Кулак, скрепляя их клятву.

Гэвин не мог заставить себя глядеть им в глаза.

— Я не тот, кем вы меня считаете, – очень тихо проговорил он.

— Это вам я служил последние десять лет? – спросил Железный Кулак.

— Мне.

— В таком случае, мой господин, возможно, вы не тот, кем сами считаете себя.

Внезапно Гэвин сверкнул улыбкой – казалось, он вдруг снова стал самим собой.

— Упрямства в вас – на лигу в поперечнике, а, командующий?

— И на две лиги в глубину, – подтвердил Железный Кулак. – Не забывайте об этом.

Он встал и повернулся к своим гвардейцам.

— Ну ладно, лентяи, готовьсь! Пора возвращаться. Завтра мы повторим все снова.

— Ваши данные никуда не годятся, – заявил Гэвин собравшимся в кают-компании генералам. – Их план – по крайней мере, их первоначальный план – очень прост. Они собираются остановить наши корабли прежде, чем мы доберемся до места. Без наших войск и припасов Ру падет за несколько дней. А вы совершенно не готовы к морскому сражению! У нас всего дюжина боевых кораблей, а у врага их пятьдесят.