Онлайн книга «Алые небеса. Книга 1»
|
Чхве покачал головой. — Может, и так, но… О, смотри! Вот тут, – он указал на три точки на горизонтальной картине, – глянь не на темную линию, которая изображает гору, а на облака, которые ее скрывают. Он использовал три белых пятна. А если соединить их треугольником, то посередине появится еще одно пустое пространство. Кажется, что общая композиция картины – это длинная горизонтальная линия, но на самом деле этот треугольник и есть основная композиция. Значит, пространство картины формируется не вокруг линий туши, а вокруг этих пустых полей. Так же, как и у тебя. Ты мыслишь, как автор этой картины. — Я просто увидела это в детстве и теперь неосознанно подражаю его стилю?.. Чхве Гён безжалостно треснул девушку по голове: — Эй, дуреха! Если бы такому можно было подражать, я бы уже давно это сделал! Голова у тебя другая, мозг иначе думает! С самого рождения так! На мгновение он забыл, где находится и кто с ним в одной комнате. Художник вдруг вздрогнул, быстро обернулся и отвесил поклон. — Прошу, простите меня, ваше высочество. Я привык так себя вести с этой блош… нет, с художницей Хон… — Нет-нет, мне тоже было интересно тебя послушать. Продолжай. Он не врал. Мест, где можно было полюбоваться картинами, было много. Но послушать такие мысли ему удалось впервые. Это был очень свежий и интересный взгляд. Девица Хон прижала руку к месту, где ее ударили, и произнесла: — То же касается и силы нажатия на кисть. У него не было тонкой кисти, но он рисовал двумя средними. Он превосходно справляется с такими инструментами, и необходимость в тонкой кисточке отпадает. И то, как он закончил свой путь художника… Необычно же? Чхве Гён кивнул. Ли Ён понятия не имел, о чем эти двое вели беседу. В момент, когда он едва подумал о том, чтобы задать вопрос, Чхонги перевела взгляд на сансухва Го Си. Она заприметила картину еще некоторое время назад, но сейчас решила вернуться. — Эй, пес блохастый. Раз уж эти две сансухва рядом… ты ведь тоже это видишь? Ли Ён больше не мог этого терпеть. Не мог вынести любопытства, которое захватило его, пока они разговаривали. Он собирался вклиниться, но первым рот открыл Чхве: — Принц Анпхён! Этот Ким Мунун… как прошли его последние годы? — Последние годы? Я думал, он просто ушел из профессии и спокойно доживал остаток дней?.. — Он точно бросил рисовать? Тогда с ним, наверное, все было в порядке… — А почему спрашиваешь? — Хотел уточнить, не сошел ли он с ума перед кончиной. — Я о таком не слышал. Даже если он и сошел с ума, думаю, его близкие пытались бы бороться со слухами, чтобы это не вышло за пределы дома. — Глядя на это безумие, – пробормотал Чхве, смотря на картину Ким Мунуна, – сложно поверить, что он был в порядке. Поэтому Чхонбон и перестал рисовать?.. — То есть он и правда вот так спокойно дожил до смерти? Совсем оставив живопись? Когда девица Хон обернулась и задала вопрос, Ли Ёну подумалось, что он больше не одинок. Его настроение заметно улучшилось. Выражение лица Чхонги отчего-то вселяло надежду, хотя принц и не мог понять, с чем это связано. Он просто кивнул, опираясь на то, что знал сам. За этим последовало еще несколько вопросов: — А в каких отношениях он был с другими художниками академии? Они много общались? — Слышал, что он был не в ладах со многими. С Кан Юнгуком, создавшим «Пэк Ю», например. С ним все было особенно ужасно… |