Онлайн книга «Алые небеса. Книга 1»
|
— Мансу. Ха Рам продолжал настаивать, поэтому мальчику пришлось угрюмо замолчать. Остальные тихо зашептались: — Эй! А что, если он не захочет их покупать? — Он же предложил торговаться! Вот я и поставил сначала высокую цену, чтобы он смог перебить… — Хорошо, четыре маля риса! Куплю по этой цене. Как только Рам сказал это, взгляды жителей деревни тут же переметнулись к нему. Их лица выражали замешательство. Они даже не стали снова перешептываться, потому что совсем не понимали, что происходит. Каждый думал по-своему. Некоторые посчитали, что он просто дурак; кто-то чувствовал себя неловко – им казалось, что они дурят бедного слепца; а кто-то думал, что Рам не мог быть обычным незрячим хотя бы из-за того, что он выглядел по-особому. Все же одна мысль промелькнула у всех: по крайней мере, завтра им будет чем накормить своих детей. — За это вы должны будете доставить их в эту деревню послезавтра. — Послезавтра?.. Это слишком рано. Еще и перевозить их к вам домой… — Об этом уже не беспокойтесь. Если на сегодня риса достаточно, то остальной я отдам вам через день. Торг, которого так и не произошло, завершился. Его итогов не понял никто, кроме самого Ха Рама. Мансу закинул руку юноши на плечо и пробормотал себе под нос: — Дори будет в шоке, когда вернется! Эх… 3 19-й год правления Седжона (1437, год Красного Змея) 22 ноября по лунному календарю — Художник Хон. Она словно говорила сама с собой: голос Чхонги всегда был таким, когда она обращалась к отцу. Девушка выглядела обессиленной, сидя сгорбившись перед ним, потому что все еще не до конца выздоровела. Он бросил на нее расфокусированный взгляд и никак особо не отреагировал. — Нарисуйте, пожалуйста, хоть что-нибудь. Девушка поставила перед ним бутылку. Он обратил внимание скорее на запах спирта, чем на голос собственной дочери: — Нарисовать? — Да. Прямо сейчас, нарисуйте. Возможно потому, что это был первый за долгое время заказ на рисунок. Отец, разворачивающий бумагу, выглядел взволнованно. — Какой рисунок вы хотите? – Его речь была невнятной из-за принятого алкоголя. — Я хочу, чтобы вы написали лицо своей дочери. — Дочь? – Его руки замерли. – Нет у меня никаких детей. Чхонги сомкнула веки. Затем, глубоко вдохнув, медленно раскрыла глаза и с улыбкой произнесла: — Подумайте хорошенько. У вас есть дочь, ее зовут Хон Чхонги. Вы сами придумали это имя. Она знала, что ответит отец. Ей не хотелось этого слышать, но промолчать она не могла. — Хон Чхонги… Да, была. У меня была дочь, но она умерла сразу после рождения, так что сейчас у меня нет детей. — Вы ведь знаете о «Пэк Ю»? Отец слабо кивнул. — Помните, вы продали им своего ребенка? Это и есть Хон Чхонги. А теперь он отрицательно покачал головой. Отдав дочь в «Пэк Ю», он получил за нее бутылку выпивки, но даже этого вспомнить не мог. В тот момент мужчина уже был в состоянии, когда не мог осознавать, что это действительно его ребенок. — Сказал же, она мертва… Ядовитый запах спирта и отец-пьяница, не помнивший собственную дочь. — Что ж… По крайней мере, нарисуйте меня. Только тогда он взглянул ей в лицо. Хотя отец постепенно трезвел, его глаза все так же смотрели на собственную дочь как на незнакомку. Они встречались три или четыре раза в год, но его взгляд совсем не менялся. Даже тогда, когда они виделись дома. Встречались они спустя три месяца, три дня или всего через сутки – его глаза всегда выглядели так, будто он видел Чхонги впервые. И она тоже обращалась к нему как к незнакомцу: |