Книга По ту сторону стены, страница 16 – Эйа Риверголд

— Достаточно, – заявил Счетовод, показывая счеты. – На сегодня достаточно!

— Акей, двух леди стоит уже запереть в башне, – Старший сторожевой без капли жалости в словах обратился к Счетоводу. Погода была холодной, и рыцарь в черных доспехах переминался с ноги на ногу. Но получалось это у него неуклюже: из-за мороза его железная броня затвердела, и каждый раз, когда он пытался поднять руку, некая сила мешала ему.

— Но архитекторов еще даже не вызвали, а значит, они приедут лишь утром. Скажите мне, куда торопится ваша неуважительная задница?! – Счетовод воздержался и не сунул счеты в лицо сторожевого, а лишь подставил их к его острым скулам. – С каких пор вы, Старший сторожевой, имеющий трехлетний опыт, начали называть единственного во всем Великом Сихрате Счетовода – который, между прочим, считает и ваши пошлые сны, – по имени? Память, конечно, может подвести человека, но о некоторых вещах ему не следует забывать. Поэтому, будь добр, Георгий, не забывай, что твоя туша влачит жалкое существование, не путай свои сны с той реальностью, что терпеливо носит твою тяжелую жизнь.

Счетовод заметно побледнел от той невежественности, с которой ничего не значащий человек смел обратиться к нему, но даже после сказанных им громких слов Сторожевой остался при своем мнении и продолжил вести начатую им речь:

— Говоря о том вопросе, от которого вы заметно отошли, ваше тщетное величество…

Георгий сжал слегка губы, чтобы сдержать смех, каким были полны его уста. Счетовод так злобно вздохнул, что пар из его рта, еще долго не остывая, крутился в воздухе.

— Ой, я хотел, конечно же, сказать счетное величество… – поправился сторожевой.

— Вы спросили его величество? – сказал Счетовод, пока не торопясь вносил имена в могучую тетрадь.

— По-моему, это бессмысленно…

Георгий остановился, заметив, как Счетовод недовольно посматривает на его движения краем глаза.

— Бессмысленным было решение герцогов поставить молодого сопляка на должность Старшего сторожевого. А теперь замолчи, Георгий, ты сегодня произнес более чем достаточно пустых слов.

Звук каблуков Счетовода удалился в неизвестном направлении.

Эти же маленькие каблучки спустились по витой лестнице. Счетовод помчался по темному коридору к крохотной дверце, которая была крепко заперта на замок. Послышалось, как длинные пальцы выбирают подходящие ключи и, найдя их, распахнули преграду. Шаги длинного человека стали тише, словно он ступал по хрустальной поверхности или пытался не разбудить усталого человека.

Посередине небольшой комнаты стояла довольно большая кровать, над ней висел белый полупрозрачный балдахин, но тусклым старым глазам, которые завороженно наблюдали за сном, балдахин казался крыльями ангелов, охранявших покой того, кто лежал на этой белизне.

— Ваше великое светлейшее величество, – шепнул Счетовод, аккуратно ступая ближе к постели, – сегодня сторожевые нашли двух женщин, нарушивших правила Великого Сихрата. – Воздух казался тяжелым, волнение повисло в районе горла Счетовода. – Но среди непослушниц есть маленькая девочка, еще не почувствовавшая жизнь, мне жаль признавать пороки моей сломленной души, но не лучше ли отпустить ее? – Счетовод замолчал.

Сонный король Сихрата Ратсих Сидес спал с самого начала своего правления, никто из жителей королевства не знал о болезни короля, но тем, кто был вынужден жить внутри башен, эта тайна была хорошо известна.