Книга В Доме Змея, страница 57 – Илья В. Попов

Достав из кармана куриное яйцо, он осторожно погрузил его в жидкость.

— А вот это уже незнакомый нам мир, который, быть может, живет по совершенно другим законам. – Рядом с первым яйцом теперь плавало второе, а следом к ним присоединилось и третье. – Похож ли он на наш или нет? Безжизнен или населен диковинными созданиями, чей облик с трудом получится хотя бы представить? Разумны ли они или подобны диким зверям? Увы, ответы на все эти вопросы мы вряд ли когда-то узнаем. Надеюсь, аналогия вам понятна? – Червь обвел взглядом их троицу и, видимо сочтя дружное молчание за согласие, продолжил: – И вот мириады миров непрерывно бегут, гребут, парят – называйте их движение как угодно – в этом вареве первозданного хаоса. Но что, если вдруг два из них случайно столкнутся?

Достав из-за пазухи деревянную палочку, он погрузил ее в воду и осторожно подтолкнул одно яйцо к другому. Легонько стукнувшись скорлупками, они отплыли к разным стенкам, где и замерли.

— Возможно, это вызовет масштабный катаклизм, в ходе которого оба мира погибнут вместе со всеми их обитателями, – таинственным тоном произнес Червь, которого, казалось, эта идея не то пугала, не то завораживала. – А быть может, наоборот – столкновение пройдет без последствий, и никто его даже не почувствует. Однако – повторюсь, это лишь теория, подкрепленная всего-навсего моими размышлениями, – даже легкий толчок может вызвать удивительную реакцию, в результате которой некая часть одного измерения сумеет преодолеть барьер и остаться в другом.

Он умолк, а в комнате воцарилась тишина, которую нарушало лишь громкое урчание трущегося о шерстяное одеяло кота.

— Как обычно – заумно, запутанно и ничего не понятно, – хмыкнул Рю. – Объясни мне, старому дураку, а то у меня, похоже, с годами мозги иссохли: какое отношение все вот это, – он окинул рукой банку с плавающими яйцами, – имеет к сути дела?

— Возможно, Червь хочет сказать, – медленно произнес Кенджи и поднял на того взгляд, – что когда-то наш мир соприкоснулся с другим, откуда и прибыли эти сферы?

— Верно, но я лишь предполагаю, а не доказываю, – с улыбкой поправил тот. – Мой пример несколько грубоват, и в реальности все происходило совсем иначе – если моя гипотеза вообще верна, разумеется, – но порядок событий не смогли бы воссоздать даже их очевидцы, если таковые и были. В пользу моей версии могу привести такие явления, как места силы, – никто до сих пор так толком и не знает, почему в той или иной точке стихия просто бурлит, тогда как в двух шагах от них ведет себя обычно. На мой сугубо дилетантский взгляд, этому-то как раз и способствуют оставленные некогда прорехи в мироздании. Ведь, как известно, наиболее ценные и опасные кристаллы мощи находят именно там, тогда как самые умелые алхимики и чародеи лишь недавно научились создавать в своих мастерских их жалкое подобие.

— Если яйцо – это мир, – протянул Макото, брови которого были нахмурены, а лицо выражало предельную сосредоточенность, – то что тогда жидкость, в которой он плавает?

— Хороший вопрос, – похвалил его Червь. – Смотрите: нам известно пять школ, каждая из которых олицетворяет одну из стихий – опуская разложение, так как оно совершенно иная история. Земля, воздух, огонь, вода, тьма… Если происхождение первых четырех не требует особых разъяснений, то вокруг последней до сих пор разгораются яростные споры. Я бы предположил, что тьма как раз таки поступает откуда-то извне, а не принадлежит нашему миру изначально. Именно поэтому ею владеют немногие избранные. В общем, – поспешно добавил он, заметив, что Макото открыл рот для нового вопроса, – управляя тьмой, ты берешь под контроль то чудное варево, в котором пребывают вселенные. Как-то так.