Онлайн книга «В Доме Змея»
|
Видимо, фортуна все же им благоволила, так как со дня на день в императорском дворце должен был состояться праздничный пир, посвященный Турниру и его участникам, на который, разумеется, Кенджи и Макото уже получили приглашения. Рю предложил было воплотить их дерзкий план в тот же вечер, но Червь выступил решительно против. — Лезть туда без подготовки – чистой воды самоубийство, – заявил он и принялся загибать пальцы, не обращая ни малейшего внимания на недовольную гримасу Рю: – Во-первых, мы знать не знаем, действительно ли сфера до сих пор хранится во дворце, и даже если это так, то где именно. Во-вторых, на каждую дверь, отделяющую вас от хранилища, наверняка наложено столько защитных печатей и заклинаний, что обойти их будет той еще задачей. В-третьих, не стоит забывать о вымуштрованной страже, которая, не задумываясь, убьет на месте любого застуканного ею чужака, вне зависимости от его положения. В-четвертых… Рю держался довольно стойко и сломался лишь после девятого аргумента, пускай и нехотя, но все же признав правоту Червя. Предстоящая авантюра действительно была рискованной (и это еще очень мягко сказано), и, если их вдруг поймают за попыткой проникнуть в императорскую сокровищницу, вряд ли кто-то даст наглецам хоть малейший шанс объясниться. Однако не успели они кое-как сойтись во мнении, как их тут же ждал новый виток спора, заключающийся в том, какую роль каждый из них будет играть в будущем ограблении. Червь, правда, тактично назвал их предприятие «приключением», но формулировка сути дела не меняла. После жарких прений они решили следующее: покуда Кенджи и Макото ведут себя на пиру как ни в чем не бывало, смешавшись с толпой гостей (а между тем ищут малейшее слабое место в охране дворца), Червь продолжает искать сведения о сферах. Заодно он пообещал подвергнуть монету всем возможным опытам и выяснить, заколдовано ли золото. Единственным оставшимся не у дел оказался Рю, так как, разумеется, пускать старика на праздник никто бы и не подумал, а его маскарад вряд ли сбил бы с толку зорких императорских стражей. Рю наверняка был просто «счастлив» сидеть сложа руки, но он и виду не подал, заявив, что все равно собирался решить парочку личных дел, да и глазеть на парад «чванливых толстосумов» у него нет ни малейшего желания. Договорившись, они разошлись, и уже по дороге в резиденцию Змея Кенджи узнал от Макото, что на приеме ему – как и всем остальным участникам – придется не только демонстрировать изысканные манеры, но и поразить окружающих стихами собственного сочинения. На справедливый вопрос Кенджи, а каким именно образом он, не сложивший за всю свою жизнь и двух строк, за столь короткое время должен написать несколько хокку, а лучше не меньше десятка, Макото только пожал плечами. А что ему оставалось? Поэтому последние несколько дней Кенджи практически не вставал из-за стола, пытаясь создать хоть что-нибудь приличное. Ну или то, что можно было бы произнести вслух и не сгореть со стыда на месте. Голова его пухла от прочитанных трудов поэтов разной степени таланта и известности – что самое интересное, последнее зачастую совершенно не зависело от первого, – а чернил, перьев и пергамента он извел столько, сколько не использовал за всю жизнь. Параллельно он изучал пергамент, на котором Червь грубо, но весьма понятно начертил план императорского дворца, – они не стали уточнять, откуда у него вообще взялась подобная информация, да и вряд ли это имело значение. |