Книга Тирания веры, страница 187 – Ричард Суон

Место, где я приземлилась, было мне знакомо, и теперь я знала, как оно называется – Мьочвара. Болото с черными водами, мертвой белой травой и черными зигзагами деревьев, торчавших из земли подобно раздробленным костям. Надо мной зияла гигантская воронка, которая втягивала в себя звезды и полосы космических облаков.

Несколько секунд у меня кружилась голова, и я ощутила глубокую, инстинктивную тревогу, какую, наверное, испытывают животные, когда слышат шелест травы и негромкий хруст веток. Краем зрения я видела какое-то движение, но стоило мне повернуться, там никого не оказывалось.

— Сэр Конрад? – позвала я, но мой голос прозвучал приглушенно, словно я говорила в подушку. Казалось, что здесь совсем мало воздуха. Несмотря на то что передо мной простиралось бескрайнее болото, я словно очутилась в пустой столовой душным летним днем.

Буря чувств – жгучего негодования и неистового гнева, – которая поднялась в моей душе перед спуском сюда, улеглась. Земные дела как будто потеряли всякий смысл и срочность. Здесь я даже не ощущала, как течет время. Казалось, словно некая гигантская рука ухватилась за мир и остановила его вращение, отчего все – земля, воздух, стихии – замерло. Все, от Клавера до княжича Камиля, от Натаниэля Кейдлека и до самой Империи, стали чем-то бессмысленным и ничтожным. А я будто оказалась посреди зловещего фантастического сна.

— Здравствуй, Хелена, – раздался за моей спиной знакомый голос.

Я обернулась и увидела Правосудие Августу. Она стояла по колено в болотных водах и смотрела не на меня, а куда-то вдаль. Я заметила что она нервно теребит свой медальон.

— Правосудие Августа, – сказала я. У меня было так много вопросов, но я не знала, с чего начать.

— Тебя послал сэр Конрад? – спросила она. Ее голос звучал обеспокоенно, и во мне вдруг поселился глубочайший страх.

— Да, – ответила я. – Против моей воли. Все произошло так быстро. – Я собиралась сказать больше, но она подняла руку.

— Конрад притянул духа к себе и свел на нет многие мои усилия. Глупец. Он все равно что зажег для него маяк. Теперь его сожрут всего через несколько дней.

Она все еще смотрела вдаль, словно что-то видела на горизонте, но я, проследив за ее взглядом, не увидела ничего, кроме бескрайнего мертвенного болота.

— Вы говорите об…

— Да, о нем.

— Я вовсе не собиралась произносить его имя, – с толикой раздражения сказала я.

Августа посмотрела на меня.

— Но могла произнести. Остальное неважно. Боюсь, ради твоей и моей безопасности тебе придется стерпеть немного грубости.

— Где мы? – спросила я. – Это Мьочвара?

— Вижу, Конрад начал тебя учить.

— Немного.

— Да, это Равнина Бремени. Но мы не станем здесь задерживаться. Это место – всего лишь чистилище, не более. Здесь твоя связь слаба. Я отведу тебя глубже.

— Я вас не понимаю, – сказала я, чувствуя, как меня охватывает паника.

Августа подняла руку, призывая к тишине. Теперь и я кое-что услышала: отдаленные удары, эхо, которое производили не наши голоса. Мы словно слышали биение сердца, исходящее от земли.

— Гессис, – произнесла Августа. Ее голос немного дрожал.

— Что происходит? – спросила я.

Но Августа ничего не ответила. Она взяла мою руку в свои, затем заговорила на том же языке, на котором Вонвальт читал заклинания из «Гримуара Некромантии». Перед нами запылали розово-красные руны, будто выжженные в воздухе клеймом кузнеца, а затем мы перенеслись…