Книга Танец теней, страница 310 – Гурав Моханти

— Вороны, принесшие вам эти вести, скоро умрут от старости – и это вполне понятно, учитывая, как трудно добраться до Камрупа, – фыркнула Вахура, вызвав смешки у собравшейся компании, и добавила: – Но Хастина по уши занята собственными гражданскими распрями.

Шалья выразительно заломил бровь, а Накул выпрямился, но спорить никто не стал.

— Тем не менее, – продолжала она, – в последнее время эти споры разрешались без поднятия копий. Совсем недавно, когда Хастина оказалась отрезанной от Анги и не имела возможности торговать с нею, она достигла соглашения с Панчалом и получила доступ к Восточной дороге. Если люди готовы действовать цивилизованно, я не вижу – пусть я и не оракул, – но я не вижу причин для возврата к обычаям войны.

— Зачастую самые цивилизованные королевства тратят на войну больше всех, царевна, – сказал Бхагадатт, снова поворачиваясь к жрецу Унни Этрал. – Приношу свои извинения, но я все же хотел напомнить, как барды ласково называют императора: Джарасандх Завоеватель – и он завоевывает царства, а не сердца. Магадх всегда был агрессивен, когда дело касалось захвата земель. Просто раньше это делалось мечами. А теперь – богами.

— Верно, – протянул с галереи Каляван, ухмыляясь и вертя в руке кубок с вином. – Эти надоедливые летучие мыши, похоже, чувствуют себя как дома по всему миру и призывают к созданию единого царства под властью богов-близнецов. И как вы знаете, Магадх уже заключил выгодный союз с соседями Хастины, предоставив помощь в обмен на несколько святилищ.

— Неплохая схема – выстраивать свою маленькую цепочку влияния вокруг Хастины, не так ли? – сказал Бхагадатт, явно сомневаясь, что Вахура сможет выдержать этот удар.

— Я бы скорее сказала, – улыбнулась Вахура в ответ на этот вызов, – что магадхцы, возможно, единственные в Арьяврате, кто больше не агрессивен.

После этого заявления по залу прокатилась симфония покровительственных смешков. Мысль, что Магадх не агрессивен, была равнозначна мысли о воспитанной нефритовой акуле. Красиво звучит в поэме, а не в жизни.

Но ведь сейчас говорила Вахура!

Она поймала на себе улыбку Шальи – он будто точно знал, что она собирается сказать.

— Да, Войны Ямуны идут, но они ведутся по личным мотивам, а не в связи с желанием захватить земли. Магадхцы гораздо более миролюбивы, чем остальные кшарьи. «Как же так?» – спросите вы. Хорошо, давайте начнем с Запада. Архонт Каляван, ваши греческие легионы, похоже, намерены отобрать у Балха деревни вокруг Ледяного озера.

— Они захвачены вами у греков десять лет назад, – небрежно, с привычной беспечностью откликнулся он.

— Я не буду с этим спорить, – сказала Вахура. – По моему мнению, те районы к западу от озера были присоединены к Балху после того, как ваши предшественники не выплатили нам по своим займам. Но независимо от того, захвачены они или стали платой по долгам, вы должны признать, что греки хотят вернуть эти земли.

— Очевидно.

— А Тригарта хотела бы отнять у Матсьи территории Ашада и Селахиллы.

— Пусть помечтают! – захохотал Кичак из Матсьи.

— Большинство местных жителей говорят на нашем языке, пракрите,– ровным голосом сообщил царевич Тригарты.– В Матсье предпочитают пали…

— А как насчет плодородных земель возле леса Двайта, где полно людей, говорящих на пали и не соблюдающих обычаи Тригарты?