Книга Сыны Тьмы, страница 182 – Гурав Моханти

— Ты никого не обманешь, Нала.

Она виновато распахнула глаза.

— Я надеялся провести здесь больше времени, но меня вызвали обратно на работу. Теперь твое обучение должно проходить в дороге.

— Вы на кого-то работаете?! – Нала была поражена. Кто-то был настолько большой шишкой, что мог нанять его?

Паршурам ухмыльнулся.

— Каждыйработает на кого-то.И мы собираемся познакомься с теми, на кого работаю я.

Нала сглотнула, чувствуя, что у нее в горле внезапно пересохло.

— Мы?

— Да. Настало время познакомить тебя с основателями Меру. Настало время встретиться с Саптаришами.

I

Масха с болезненным энтузиазмом поднималась по обледенелой лестнице. Сегодня она стояла на дежурстве у оракула.

Масха подозревала, что это был способ ее руководителя сказать ей, что пришло время принести ей какие-нибудь результаты, или она будет сослана в квартал банши. Ей не удалось распутать ни единого звена. Даже Искалеченная Матрона перестала ей помогать.

Чувствуя, что вновь попала в безумно знакомое ей место, она вошла в комнату с высоким потолком. Оракул, которому было лет шесть, не больше, лежал, распластавшись, внутри круга из пузырьков и свечей. Воздух в камере казался взвесью инея, смешанного с паром. На груди оракула покоился огромный камень, от которого волнами поднимался жар. Не так давно и саму Масху удерживали так же.

Сожженная Матрона сказала ей, что почти все видения Масхи были бесполезны. Это была бессвязная тарабарщина о человеке по имени Мучук. Было трудно отделить сны от видений, но именно этим и занимались матроны. По-видимому, Масха отправила всех матрон в погоню за дикими гусями, когда «увидела», как Мучук, мужчина из ее видений, убил монстра, сотканного из дыма. Ложные видения были обычным делом в Доме оракулов.

Не каждому оракулу снился кто-то важный. Возможно, именно поэтому Масха и выжила. Раз ей не снился никто важный, то ее оставили в покое. Потому что, если оракул оказывалась хороша, в нее накачивали столько дыма, что она больше никогда не просыпалась в своем уме.

Раздался громкий кашель. С Масхой сегодня дежурила высокая женщина лет пятидесяти, которая была настолько худой, что казалась больной. Шею ее, как колье, охватывал рваный шрам. Взгляд был холоден.

— Ты опоздала.

— Тысяча извинений, Матрона Веревки.

— Дети в наши дни ужасны! – Матрона Веревки в смятении покачала головой. – Никакого чувства приличия!

Пепельно-бледная Масха, усевшись на стул, уткнулась взглядом в собственные ноги. Оракул на полу по-прежнему что-то бессвязно бормотала.

— Она уже сказала что-нибудь интересное? – неуверенно спросила Масха.

Матрона Веревки нахмурилась:

— Нет. Все та же тарабарщина о царевиче Раме. Да, мы знаем, что он прыгает в реку… Давай дальше! – крикнула она оракулу, будто девушка могла ее услышать.

— Кто такой царевич Рама? – спросила Масха. Почти каждый царь, царевич, знатный юноша и господин собирался посетить панчалский сваямвар, и Масха запомнила весь список. Но это имя ни о чем ей не говорило.

— Она еще спрашивает, кто такой царевич Рама. – Матрона усмехнулась. – Царь Айодхьи, бывший им в те времена, когда Айодхья имела значение! Ты серьезно, девочка? Ты такая невежественная?

— Ох… – Масха растерянно покачала головой. – Но тогда почему оракул видит его? Это все давно в прошлом.