Книга Сыны Тьмы, страница 224 – Гурав Моханти

Глашатай немного поколебался, затем объявил второй раз за день:

– Карна, Верховный Магистр Анга, представляющий Союз Хастины.

Шакуни вздохнул. Ах, значит, Драупади выиграет Карна. Каким же предсказуемым оказался этот турнир.

Внезапно какой-то инстинкт заставил его оглядеть толпу, затем королевский помост, а затем и трон. Подвесные клетки артистов были не заперты и открыты. Один из метателей ножей пристально уставился на Шакуни. Тот почувствовал, как вино обожгло ему горло. Ох… у меня плохое предчувствие.

КАРНА же чувствовал, что у него есть все шансы выиграть. Если и было что-то более нервирующее, чем случайно упущенная возможность, так это радостное возбуждение от ее использования. Он вышел на арену, чувствуя, как участилось его дыхание. Шум толпы отошел на задний план. Он видел только лук. Его инструмент. Его единственный истинный Бог. Так было на протяжении всей его проклятой жизни. Он не мог его подвести.

Его глаза скользнули по разноцветным теням на луке, и деревянные узоры поплыли перед его глазами. Он легким движением руки подхватил лук. Дружный вздох толпы прозвучал, как треск сухих листьев в лесу. Его нагрудник переливался в струящемся на арену солнечном свете, как свадебные украшения.

Всю свою жизнь… я хотел именно этого. Сейчас. Стрела попадет не только в глаз рыбы, но и в самое основание кастовой тюрьмы, разрушая иллюзии, которые затуманивают глаза каждого присутствующего кшарьи. Они будут знать, что я, Карна, лучший. И что мы больше не останемся позади.

Он шагнул вперед, чтобы глянуть на воду в чаше внизу, но подумал только о Драупади. Сегодня низкорожденный должен будет жениться на царевне Панчала. Вместе они откроют дверь Арьяврата в новую эпоху. Они вернутся в Ангу. С помощью Панчала он установит мир и научится править. У Судамы будет любящая тетя. Дурьодхана получит Панчал в качестве союзника. И он, Карна, несмотря на свое жалкое рождение, получит то, что заслужил. В конце концов, все образуется, – услышал он слова своей матери.

Его глаза нашли Драупади. Она сидела на краешке стула, словно приготовившись к полету. Она казалась такой нездоровой. Ее щеки покраснели, и она держалась рукой за горло, словно пытаясь сдержать рвоту. Карна замер. Он увидел, как рядом с ней, нежно ее поглаживая, появился Кришна. Но Карна не мог долго размышлять над тем, что он видел. Он знал, что она молилась за него. Может быть, это правда, что говорят о любви, подумал он. Это болезнь ума и сердца…

Он опустился на одно колено и посмотрел вниз на отражение рыбы, вращающейся на колесе наверху. Время замедлилось. Все исчезло из его сознания. Колесо начало вращаться все медленнее и медленнее… пока не остановилось. Он видел тело рыбы в мельчайших деталях. Золото исчезло с ее кожи, и то, что осталось, было серебристой массой. Он мог видеть лишь гниющую чешую… тогда он не увидел ничего, кроме глаза рыбы. Он дождался нужного момента. Спешка всегда была невидимой выбоиной перед вратами славы. Услышав в ушах знакомую музыку, он натянул тетиву. Для тебя, мама…

— Остановись!Он решт! Я не выйду замуж за такого, как он.

Обжигающая боль пронзила сердце Карны. Он узнал ее голос. Он каждую ночь слышал это тысячу раз в тысяче снов. Но слова, которые она произнесла, были невозможны. Голос был тот же, но женщина, которая произнесла их, была слишком жестока. Это была не та Драупади, которую он знал, не та женщина, к которой он пришел, в которую он, как бы нелепо это сейчас для него ни звучало, влюбился. Невидимые руки сдавили Карне горло. На арене воцарилась ошеломленная тишина. А затем толпа начала перешептываться и хихикать, кричать и беситься: