Книга Сыны Тьмы, страница 347 – Гурав Моханти

Он опустил голову. Он растратил свою жизнь, и все впустую. Арджуна. Он все еще задавался вопросом, случайно ли Царевич Луков пронзил стрелой голову Судамы. Или это была вина Шишупала? А может, его собственная? Он должен был понять, что это состязание не приведет ни к какому результату, кроме самого очевидного, – пусть Дурьодхана и казался оптимистом. Имело ли это вообще значение? Нельзя было винить за все произошедшее одного лишь Арджуну. Забери меня Бездна!

Какой-то отдаленный грохот заставил его вскинуть голову. Он почувствовал, как в воздухе разлилась какая-то тяжесть: тяжесть неба перед разрушительной бурей. В замке повернулись ключи. Он прищурился, повернув голову в направлении звука, но единственное, что разглядел, когда дверь распахнулась, – это вспышку резанувшего по глазам света. Прищурившись, он увидел, как по ступеням спускается огромный силуэт, освещенный мерцающим светом факелов, которые держали люди, стоявшие позади него. Тяжелые ботинки скребли по влажному полу – и звук этот звучал угрожающе.

— Я надеюсь, наше гостеприимство заставило вас почувствовать себя желанным гостем, Верховный Магистр, – сказал ровный голос.

Он исходил не от гиганта, а из-за его спины. Наконец заговоривший шагнул вперед. Он выглядел так, словно Богиня Жизни выжала из его плоти каждую унцию жира, оставив лишь кости, кожу и волосы. Его глаза казались осколками камня и были столь же темны и остры. Запястья прятались в огромных рукавах черных одежд, а на груди виднелась золотая брошь в виде льва. На шее висели четки из рудракаши,а талию обвивал пояс из отбеленной крокодиловой кожи. Карна видел его на праздновании. Нараг Джестал.Его тюремщик. Главный жрец Унни Этрала.

— Димвак, если тебе не трудно… – мягко сказал Джестал.

Димвак отдал едва слышную команду. Довольно скоро вспыхнули факелы, и их свет пополз по покрытым мхом стенам, скользким от влаги. Теперь огня было столь много, что камера стала освещенной настолько, что глазам было так же больно, как до этого от темноты. Карна оглянулся, стараясь оценить свои шансы, – скорее по привычке, чем на что-то надеясь. Штукатурка на стенах, покрытых зеленой плесенью, давно пошла пузырями. Длинное кровавое пятно на полу, которое когда-то пытались отмыть, да так и не смогли, осталось немым свидетельством произошедшего. А еще поодаль виднелась каменная плита, заставленная нехитрыми инструментами тюремного ремесла.

Джестал подошел к плите, провел пальцем по ее холодному краю, достал из рукава водяные часы и, найдя единственное свободное место, поставил их на стол вверх ногами.

— Итак… кто ты такой?

Карна не видел смысла не отвечать.

— Я сказал вашим людям сотни раз. Я Карна, Верховный Магистр Анга из Союза Хастины!

— А твой друг, которого мы поймали, – царевич Дурьодхана, наследник престола Союза? – Джестал ухмыльнулся. – Да, мы это уже слышали.

Поймали!Карна не знал, радоваться ли, что Дурьодхана пережил падение, или ужасаться тому, что он оказался в другой камере, такой же, как эта.

— Он царевич. Он неприкосновенен…

Джестал вскинул руку:

— Избавь меня от своих воплей. Попробуем по-другому. Почему ты здесь?

— Я уже вам говорил.

— То есть ты утверждаешь, что Царевич Союза, Верховный Магистр и шлюха решили тайком пробраться в наш город?