Книга Мятежники Звёздного острова, страница 49 – Дмитрий Овсянников

— Залп!

Тут же стрелки повстанцев, поднявшись над щитами и встав у бойниц, обрушили на наступающего врага град болтов. Затем, приняв от стоявших сзади заряженные арбалеты, второй. И третий.

Латники первых рядов, с головы до ног закованные в броню, повалились наземь, роняя пики, повисая на кольях. Теперь обожженные на огне острия оказались самым настоящим оружием – они мешали заполнять бреши в строю, сбивали с ног, разили легко раненных, потерявших равновесие. Распятые на кольях люди сделались внезапной преградой на пути строя, разом сломав и нарушив его. Пехота замедлила шаг, стараясь сохранить строй, а восставшие сыпали болтами, не переводя духу.

Пикинеры бегом ринулись вверх по склону, стремясь скорее уйти из-под обстрела. Потеряв строй, рассвирепевшие солдаты бросились на врага – и лишь тут поняли, что никто не собирается сражаться с ними лицом к лицу.

В бою нет ошибки хуже, чем недооценивать противника. Повозки стояли не просто так – между собой их соединяли толстые железные цепи, колеса подпирали тяжелые валуны. О том, чтобы растолкать их в стороны или опрокинуть, не могло быть и речи. На повозках за деревянными щитами – выше всякого конного рыцаря – уместились защитники вагенбурга.

Им бы не поздоровилось, сохрани пикинеры строй, – длинные пики, выставленные сплошным лесом, без труда достали бы любого, показавшегося над щитами. Тогда на каждого защитника нацелилось бы по три-четыре острия. Но случилось непоправимое. Обстрел тому стал виной или колья, но, достигнув неприятеля, пехота лишилась всякого порядка. Задние ряды, рвущиеся в бой, напирали на идущих впереди, прижимая их к самым стенам укрепления, смешного издали, но неприступного вблизи. Латники бестолково топтались перед повозками, невпопад кололи пиками – теперь скорее помехой, нежели оружием. Сверху им на головы летели камни, сыпался слепящий глаза песок, разили пики и алебарды. С десяток меченосцев сунулись было под повозки – но полегли с другой стороны, даже не успев выпрямиться.

Передние шеренги, не в силах преодолеть стену вагенбурга, падали мертвыми, задние, еще не успев понять, какая смертельная ловушка их ждет, продолжали теснить передних.

Стоны и крики, проклятия и лязг железа поднимались над холмом, вблизи вагенбурга уже громоздились трупы, и всё новые пехотинцы короля взбирались на эту груду, чтобы своими телами сделать ее чуть выше.

— Беда, командор! – К дону Карлосу подбежал запыхавшийся юноша-солдат. – Они прорываются! На левом фланге!

— Вальехо, Санчес! – Идальго повернулся к капитанам рот, стоявших в резерве. – Две роты на левый фланг! Стрелков тоже! Меченосцы, за мной! – С этими словами он бросился к левому флангу первой линии во главе полусотни меченосцев.

Здесь, на самом краю склона, творилось страшное. Арбалетчики, войдя в раж, выпустили во врага все болты без остатка, и одна из рот, переждав обстрел позади прочих, атаковала вагенбург, сохранив боевой порядок. Здесь солдаты показали отменную выучку – не каждому доводилось видеть такую. Они построились прямоугольником, подняв три ряда семнадцатифутовых пик, и приблизились к повозкам. Медленно наводя пики на цель, солдаты резкими толчками выбрасывали острие еще на два-три фута вперед, нанося смертельные удары тем, кто, отбиваясь, высовывался из-за щитов. Повстанцы, стоявшие на телегах, не могли выставить пики столь же густо. Каждый из защитников с трудом отражал сыпавшиеся на него удары, отвечая одним уколом на четыре. Уже многие были убиты и тяжело ранены.