Книга Мятежники Звёздного острова, страница 86 – Дмитрий Овсянников

— Значит, нужно сделать так, чтобы они не вышли в бой все вместе, – предложил дон Иньиго. – И не заняли оборону в городе. Иначе сил нам может не хватить.

— Все верно, сеньоры, но мы можем обойтись без боя – у нас королевская грамота, – ответил дон Карлос. – Поэтому на завтрашних переговорах с правителями города они должны убедиться, что мы спать не можем, так хотим завоевать для короля Магриб! Но будьте готовы к обратному. Если они откажутся дать нам корабли до Материка, мы возьмем их силой. Мы покажем им лишь одну терцию, выманим солдат из города на равнину, свяжем боем и окружим. Так численный перевес окажется на нашей стороне. Атака во фланги и окружение за вашими терциями, господа, – обратился он к дону Эстебану и дону Иньиго. – Половину рот пускайте в бой, половину держите в резерве, если горожане выйдут на помощь солдатам.

— Я хочу сказать свое слово, сеньоры, – поднялся капитан Пабло Вальехо. – Наши солдаты отважны, но выучкой пока еще уступают королевским. Есть способ сохранить строй, когда дойдет до столкновения. Еще не поздно донести его до наших людей, пока они не становятся к битве. У нас достаточно алебард и гизарм, но не слишком много обученных меченосцев. Господин командор, прошу, позвольте моей роте сражаться в авангарде.

— Я все же надеюсь, что удастся решить дело миром, – сказал дон Карлос падре Бенедикту, когда совет закончился. – Плохо, если они начнут сопротивляться. Город придется брать приступом.

— Трудно? – как-то по-особенному взглянул падре Бенедикт.

— Война сама по себе занятие не из легких, – сухо отвечал командор. – Было бы намного тяжелее, окажись у города стены.

— На переговоры я поеду с вами, сын мой. Постараюсь пособить с Божьей помощью. Однако, уповая на Бога, держите тетивы сухими.

Собираясь уходить, падре развернулся к командору.

— Трудно идти войной на соплеменников, – снова заговорил он, тяжело вздохнув. – Однако, поднимая мятежное знамя, наивно было бы полагать, что в своем праведном гневе мы сразу же достигнем Лас Агиласа. И даже там не каждый человек враг нам.

— Сейчас, святой отец, нашими врагами будут те, кто преградит нам дорогу с оружием в руках. Иного не дано. Орлы летят. А с нами – женщины и дети.

— С ними тоже. – Падре отвел полог шатра, взглянул в небо. – И орлов они заметили так же, как мы. Хотя думается мне, что кораблей в порту хватит всем – я помню, как бывало прежде. Мне тоже трудно, – продолжил он. – Пуэрто-де-Сантьяго – мой родной город.

— Вы не говорили об этом прежде, святой отец!

— Прежде мы сюда не направлялись. И я не собирался возвращаться, но пути Господни неисповедимы. Если бы я знал тогда, двадцать лет назад, что вернусь так, как теперь… Когда нынешний король привел своих генуэзцев, он высадился именно здесь. Все понимали, что от наемников добра не жди. Многие предвкушали междоусобицу. От меня, служившего в одном из храмов города, и от еще нескольких подобных мне много не требовалось – только благословить солдат Молниеносного для похода в сторону Лас Агиласа. Я отказался и сразу же угодил в темницу. Было много брани и угроз, со временем дошло до кардинала. Я ждал обвинения в ереси, но помогло чье-то заступничество, и поныне не знаю, кого мне следует благодарить. Вместо суда меня просто перевели служить в Эль Мадеро – а ведь я ожидал костра! Сейчас я возвращаюсь в этот город вместе с могучим войском. И дай мне Бог не думать об этом как о возмездии!