Книга Брабантский мастер Иероним Босх, страница 33 – Дмитрий Овсянников

— Пойдем, Йерун. – Ян хлопнул брата по плечу, ненароком вытряхнув его из размышлений о будущих процессиях. – Поедим оладий.

Впрочем, ни Яну, ни Яну вместе с Гуссеном, ни им обоим вместе с оладьями и даже с пивом не удалось бы отвлечь Йеруна надолго. Но это удалось другому. Вернее, другой, даже не помышлявшей в тот миг о младшем сыне городского живописца.

Платье с широкими рукавами, перехваченное в талии длинным поясом, идеально шло ей, придавая еще больше грации и без того изящной фигуре. Цвет платья не был ни красным, ни розовым – Йерун, привычно подумав про цвет, не назвал подходящего, однако сразу же понял, как получить подобный оттенок. Для этого следовало добавить к ярко-розовому капельку синего. Ближе всего к этому оттенку был цвет зимнего неба на рассвете, когда лучи солнца, еще не показавшегося из-за горизонта, уже встретились с темно-синими облаками. Как раз темно-синим был пояс красавицы. Ее волосы – не белокурые, как у ангелов, изображенных на фресках, а густые, темно-русые – плащом спадали на спину и почти достигали колен. Прическа выглядела простой, но удивительно гармоничной: распущенные волосы только у висков были заплетены в косы, собранные на затылке. Девушка казалась самой светлой среди разноцветной праздничной толпы. И нет ничего странного в том, что, глядя на молодую женщину, Йерун в первую очередь вспомнил сказки о белых дамах. Однако эта мысль не испугала юношу, наоборот, он ощутил прилив радости.

В сказках и поверьях, которые доводилось слышать Йеруну, белые дамы при всей своей неземной красоте оставались существами злокозненными. Ими оказывались либо неупокоенные души безвременно погибших дев, либо некие духи – сущности не человеческие и не Божественные, стало быть, причастные миру бесов. Встреча с белыми дамами не сулила героям сказок ничего хорошего – даже за благоволением, дарами и дружбой следовала кара. Что ж, дамам приписывали колдовскую силу и мстительный нрав. Самое простое и нестрашное, что человек мог получить от белой дамы в итоге – это до конца своих дней потерять покой.

Йерун не боялся белых дам. Он никогда не считал их злыми духами, охочими до человеческих душ и страданий. Юноша был твердо уверен, что прекрасное не может быть злым и что сам Люцифер, искушая праведников, не способен принять поистине прекрасный облик – достаточно приглядеться, чтобы сразу различить дьявольскую уловку. Дьяволицу выдадут злые или пустые глаза, или нос, похожий на птичий клюв, или когти на руках – непомерно длинные и острые, каких у людей от природы не бывает. Если дьяволица явится обнаженной, то наверняка сзади у нее будет самый настоящий хвост – голый и мерзкий, вроде крысиного, либо чешуйчатый хвост змеи. Недаром враг рода людского еще ни разу не сумел обмануть святого – те обладают вещим взглядом. Йерун верил, что и художника, привыкшего смотреть на мир внимательно, дьяволу обмануть не удастся.

Итак, младший сын художника ван Акена втайне мечтал встретить белую даму и хотя бы полюбоваться ею. Впрочем, было ясно, что с его живым нравом любованием дело не ограничится – сразу захочется поговорить, а уж о большем можно только мечтать. Но ведь и сама встреча с белой дамой была мечтой! Лишь бы чудесная сущность не исчезла перед глазами человека. Русоволосая красавица исчезать не собиралась.