Книга Уважаемый варвар, страница 112 – Лайон Спрэг де Камп

Дни шли за днями; лето становилось все жарче. Так как воздух был не такой влажный, как в Кватне и Котейки, Керин легче переносил жару. В сопровождении солдат он еще раз побывал в часовой башне Хукурью, чтобы проверить свои чертежи регулятора, сравнивая их с оригиналом. Надев куртку и шапочку куромонского писца, он без помех разгуливал по коридорам департаментов.

Как-то раз в здании Департамента дорог, каналов и мореплавания он прошел мимо дородного третьего секретаря Аки. На какой-то миг выражение глаз Аки изменилось за стеклами очков, но тут же приобрело обычную невозмутимость. Ни тот ни другой не сказали ни слова.

Однажды вечером, когда Керин без особого успеха пытался овладеть куромонским иероглифическим письмом, прикатил на колесиках мальчик-курьер и сказал:

— Уважаемый Кага приветствует уважаемого варвара Рао и просит вышесказанного Рао ожидать его завтра у входа в Недоступный дворец в три часа. Ему приказано явиться в Заповедные покои.

Когда мальчик ушел, Ноджири спросила:

— А обо мне он ничего не сказал?

— Нет, дорогая, но я думаю…

— Ни к чему! В этой стране с женщинами еще меньше считаются, чем у меня на родине. Отправляйся один, а я тем временем постираю твои штаны.

* * *

Перед входом в Недоступный дворец Керин увидел небольшую толпу. Там были и Кага, и Ушио, а Тога явился сразу же вслед за новарцем. Стояли там и другие чиновники.

Тога тронул Керина за руку и поманил в сторону.

Когда они отошли, чиновник прошептал:

— Уважаемый Керин, я надеюсь, тебе известны правила поведения в Заповедных покоях?

— Хией мне прочел целую лекцию.

— Отлично. Но позволь все-таки предупредить тебя: ходят слухи, что Сын Неба стал очень раздражителен из-за того, что ему пришлось покинуть свой Летний дворец – гораздо более великолепную резиденцию, чем это старое полуразвалившееся строение; там есть и огромные сады, и затейливо изукрашенные павильоны, и пруд с утками, и другие забавы – и поселиться в Недоступном дворце, в котором невыносимо жарко и душно. Он ни за что не переселился бы, если бы евнухи не убедили его, что ввиду важности дела с веером Аджендры его личное присутствие совершенно необходимо. Так вот, когда он в таком скверном настроении, малейшая ошибка в этикете может стоить виновному части тела, с которой ему не хотелось бы расстаться, например головы.

— Я буду стараться, – ответил Керин, холодея от страха.

Двери со скрипом отворились, и толстый человек визгливо прокричал:

— Входите, почтенные! Правитель вселенной готов вас принять.

Солдаты, стоявшие при дверях, кланялись проходившим чиновникам. Толстяк привел их в аудиенц-зал, где примерно дюжина придворных уже стояла навытяжку. В дальнем конце зала сидел на высоком троне император Дзучен, облаченный в просторные одежды, сверкающие изумрудами и золотом. Возвышение, на котором стоял трон, было не меньше пяти футов – будто для того, чтобы восполнить небольшой рост самого императора. На голове у него была высокая корона с крыльями, украшенная павлиньими перьями и драгоценными камнями. У трона стояли солдаты и сидели евнухи.

Толстяк выстроил посетителей в ряд. Затем дал знак сделать три шага вперед, после чего все упали на колени и трижды коснулись пола лбом. Керин следил краем глаза за остальными и повторял все их движения.