Книга Русская фея и Лев настороже, страница 84 – Илона Волынская, Кирилл Кащеев

Опаньки, маменька очухалась. Переключаемся. Кто тут у нас такой заботливый рядышком? Такой милый и сочувствующий. Ба, старый знакомый, Мартин Хаммерсмит. Ишь, жужжит над маменькой точно шмель. Старый поклонник, а, миссис Чедуик? Вот мы его сейчас…

— Мартин, дорогой, вы тоже здесь? Впрочем, чему я удивляюсь, это чудное поместье вам ужасно идет! Почти как ваш новый галстук! Вы здесь удивительно на своем месте, будто всегда тут были! – Джейн невинно похлопала ресницами. Прости, старый друг, твоей репутации насмешка не повредит, мужчинам успех у дам только в честь. А вот у бедной маменьки «в зобу дыханье сперло». Рано задохнулись, маманя, это не конец, это только начало. Джейн заговорщицки понизила голос, заглянула старому финансисту в глаза. При ее малом росте это было не трудно, – Мартин, вы способны на подвиг? Умоляю, спасите умирающую от жажды женщину! Если я сейчас чего-нибудь не выпью, мой спекшийся от обезвоживания труп будет на вашей совести! Пожалуйста, что-нибудь легкое, вы ведь знаете мои вкусы.

И не придерживайте поклонника за руку, дорогая маменька, все равно он помчится выполнять. Пойдет, пойдет, феям не отказывают! Вон, гляди, как резвенько стартанул. Опять сама виновата, дорогуша. Здесь не должно быть ни одного знакомого лица, чтобы как в пустыне, полное одиночество, а ты Мартина пригласила! Прокольчик вышел, лучше надо связи противника прорабатывать, тщательнее.

— Джейн, Джейн Чедуик, как я рада! Сколько же мы не виделись!

Это еще кто? Джейн обернулась на голос. С ума сойти, Мэри Карпентер! Та, у которой Джейн гостила в прошлом году! Ну, маменька, это даже не прокол, это полный провал! Два человека из тусовки знакомы с вражиной-невесткой! Да ведь для остальных это значит, что она своя в доску! Сейчас вся кодла ринется знакомиться, и плевать им на мамулины хитроумные планы! Между прочим, так всегда бывает, когда интуицией заменяют информацию. Было бы у маменьки подробное досье на Джейн, конфуз бы не случился, а так… Одно слово, любители!

— Пойдем, я тебя со всеми познакомлю! – Мэри подхватила Джейн под руку.

Э-э, нет! Не пойдет, успех надо дожимать. Поэтому мы сейчас в кресло возле маменьки плюхнемся (откуда оно взялось, вроде не было?) и устроим королевский прием. Пускай вся здешняя аристократия выстроится в очередь для знакомства с маленькой московской мещаночкой, на травлю которой их пригласили. Милашка Мэри их сорганизует, она такое дело любит.

Где-то на двенадцатом госте Джейн начала скучать. Сколько же их еще? Маменька явно страдает гигантоманией – вон на какой прием размахнулась. Джейн украдкой огляделась, выискивая глазами Таньку. Ага, вон она, шампанское хлещет и охмуряет высокого блондина с рыбьей физиономией. Сэр Энтони, кажется, а может и Эдвард. Но что сэр – точно. Джейн почувствовала прилив жгучей зависти. Танька, зараза, умеет устраиваться! Джейн, понимаешь, вертелась как уж на сковородке, и для чего? Чтобы эта язва развлекалась? Даже рыбомордый сэр все-таки лучше, чем бесконечная вереница титулованных развалин. Джейн безрадостным взглядом уставилась в розовую плешь склонившегося к ее руке гостя.

— Вы похожи на Маргариту, когда она принимала гостей Воланда. И улыбка такая же уставшая… – шепот Чарльза пощекотал ей шею, – Возьмите меня в свои Азазелло, я буду кричать «Королева в восхищении!».