Книга Мерривейл, Марч и убийство, страница 86 – Джон Диксон Карр

— Видите ли, – продолжал Г. М., – последние года два или три я провел за границей.

— Ах да! – сказал Том. – Это из-за той истории в Нью-Йорке, когда вы устроили аварию в метро около Центрального вокзала и прищучили настоящего убийцу на основании фальшивой улики?

— Ох, сынок! Понятия не имею, о чем вы говорите, – вздохнул Г. М., бросив на него суровый взгляд.

— Или в Танжере, когда взорвали корабль, чтобы позволить преступнику сбежать, потому что он вам понравился?

— Вы видите, как со мной обращаются? – повысил свой мощный голос Г. М., адресуя вопрос Дженни. – Никакого уважения, даже малейшего!

— Бедняга! – с теплотой отозвалась Дженни.

— Боже мой! – простонал Том.

Как и большинство людей, он не мог удержаться от искушения подшутить над этим великим мужем. А потом, к своему изумлению, замечал, что женщины проявляли сочувствие даже к самым возмутительным выходкам Г. М.

— И все-таки почему, – поинтересовался Том, – у вас возникли сложности с правительством?

— Кажется, я потратил больше, чем следовало, или, разрази меня гром, больше, чем я смог отчитаться. А еще, похоже, мне не стоило заводить банковские счета в Нью-Йорке, Париже, Танжере и Милане. Можете себе представить?

— Вы, разумеется, не знали, что вам не позволено эти счета открывать?

— Мне?

— Ладно, не важно, – сказал Том, шлепнув себя по лбу. – Что с вами случилось?

— Ничего хорошего, – ответил Г. М. – Когда я вернулся в Англию, меня встретили так, словно я был Гаем Фоксом^[12] и всеми заговорщиками с Кейто-стрит^[13] в одном лице. Мой старый друг вызвал меня на ковер. Не стану называть вам имя этого паршивца, скажу только, что он занимает должность генерального атторнея.

— Конечно, ничего не говорите, – поддержал его Том.

— И он мне сказал: «Генри, вот я и взял тебя за жабры».

— Генеральный атторней использовал именно такое выражение?

— Ну… не важно! – ответил великий муж, махнув рукой и одарив Тома испепеляющим взглядом. – Я излагаю суть его высказывания. «Генри, – сказал он, – на основании имеющихся у меня улик я могу присудить тебе штраф в сто тысяч фунтов или упечь за решетку практически на сто лет». – Здесь Г. М. прервался и обратился к Дженни: – Скажите, разве это справедливо?

— Конечно нет! – воскликнула Дженни.

— «Как бы то ни было, – сказал он, – ты просто вернешь все, что потратил, вместе с небольшим штрафом, и мы забудем об этом инциденте. При условии…»

— При каком условии?

— Что я вернусь в этот офис. Когда-то он был частью Военного министерства, пока они не напортачили с войной. А теперь я возглавляю Восьмое центральное управление лондонской полиции.

— Пожалуйста, объясните, – ласково спросила Дженни, – что такое Центральное восьмое управление?

— Это я, – просто ответил Г. М. – И каждому, кто называет это управление министерством чудес, следует дать хороший подзатыльник. Мало им, черт возьми, было веселья с ныне почившим Министерством информации! Теперь, если в Скотленд-Ярде произойдет что-нибудь странное – к примеру, безумное дело, которое не имеет никакого смысла, – его спихивают на меня. – Тут выражение лица Г. М. изменилось. – Знаете, – сказал он, – строго между нами, я особо и не возражаю. Понимаете, я постарел и размяк…

— И не говорите, – с сарказмом пробормотал себе под нос Том.