Книга Развод. Отпускаю тебя, страница 23 – Ольга Игонина

— Халат случайно распахнулся. Пояс шелковый, держит плохо, - блеет, почти неразборчиво.

— Сын да не слушай ты ее, у мамы теперь внутри все бурлит, что она истерику устроила. А ее никто не поддержал, за ней не побежал. Как же она обиделась, а мы не отреагировали. Тебе кофе сварить? - поворачивается ко мне. Стучит пальцем по виску. - Сумасшедшая! Как у тебя только в голове могло такое родиться. Вика -женщина нашего сына, для меня то табу. Дура!

Миша морщится, лицо его в страдальческой гримасе. И если бы не было сегодняшней ночи, я бы точно подумала, что сошла с ума, что это у меня больное воображение. Но слишком много мелких и неочевидных фактов говорят об одном.

— Ни на чем не настаиваю. Я тебе просто предлагаю обратить на это внимание, - говорю спокойно, выделяю важные слова интонацией. Тём, ты мальчик уже большой, сам все решай, только кальция побольше пей, чтобы рога крепче были. И да...

Уже готова поделиться речью, которую заготовила по дороге - второй этаж теперь мой, и я никого не хочу там видеть, все теперь самостоятельно за собой ухаживают: готовят, стирают, приводя костюмы в порядок. И поскольку у них есть одна барышня, хоть и безрукая, раз мужиков охмурить сумела, умей их и обслуживать в самом широком смысле этого слова.

— Я сразу все хочу прояснить. Мне, действительно, не безразличен ваш муж, но не как мужчина. Он мне заменяет папу. Я к нему и в офис приезжаю в обеденный перерыв, кофе пьем, он мне о работе рассказывает, разговаривает со мной, обнимает меня. - замолкает, видимо, поняла, что сказала ерунду. - А вы как думали, легко ли быть далеко от семьи.

— Это что еще за херня, - Артем встает, шмыгает носом. - Вик, твои родители живут в сорока километрах, ты каждые выходные к ним ездишь. Когда ты успеваешь заскучать? И что, значит, он тебя обнимает? Почему я об этом только сейчас узнаю? Может, мама права?

Кажется, Вика меняет тактику. Жалость не прокатила, пройдем нахрапом. Выпрямляется, бросает держать пояс, и он падает на пол, полы халата расходятся в стороны. Перед нагими глазами красота!

Смятый плед остается на ступеньках. Артем буквально слетает на первый этаж.

— Вик, а это что? Я у тебя этого комплекта не видел, может, он и не для меня был куплен? Папик мой заценил?

Бью себя по рукам, чтобы не влезть, не начать разбирать ситуацию по косточкам. Я уже достаточно приложила руку к этому разговору, а теперь пусть сами разбираются. Сейчас сын максимально похож на отца. Такое же поведение в стрессовой ситуации.

Моя картина мира плывет, как акварель под водой. Я уже не понимаю, где правда, а где ложь. Может, и правда, я все перепутала, опорочила Вику. Все внутри сопротивляется этой мысли, а интуиция у меня будь здоров, только я на нее все время машу рукой. Рассматриваю разводы на натяжном потолке. Такая же бессмыслица, как и моя жизнь.

— Так, молодежь, рты закрыли! Мать ты этого добивалась, чтобы всех рассорить? Так, у тебя прекрасно получилось, - Миша басом останавливает перепалку, похоже, вспомнил, что он глава семьи.

Он выходит на середину кухни. Становится в свою любимую закрытую позу: руки скрестил на груди, носки смотрят прямо, подбородок в стиле а-ля Цой. Мы, видимо, должны увидеть величие и припасть на колени.

— Я запрещаю вам в моем доме так себя вести! - поворачивается ко мне. - Ира, ты думай, что говоришь, понимаю, у матери побыла, в туалет на улице сходила, стресс. Но это не оправдывает тебя. Такую чушь нести, детей рассорить.