Книга Развод. Отпускаю тебя, страница 20 – Ольга Игонина

А я и не сержусь. В этом всем себя узнаю. Когда привыкаешь жить вдвоем, готовить только на нас, отталкиваться от нашего расписания, приезжают дети и начинается кошмар. Кажется, что я с кухни не ухожу. Только позавтракали, посуду убрала, все помыла, уже пора обед готовить, и так по кругу.

А теперь я официально себя освобождаю от этих обязанностей. Наверное, муж мечтает, чтобы я тихо и без воплей ушла, а нет, так уже не получится.

Завтрак пролетает быстро. Начало седьмого я уже у машины. Поворачиваю ключ - не заводится, что-то фырчит, хрипит, но никак. И зарядки для аккумулятора с собой нет. У меня два варианта - добираться самой или топать к Коле.

Иду к брату. Не прогонит же?

— Что, не заводится? - Коля выглядывает через забор.

Первая мысль - это он что-то подкрутил. Да нет, она еще вчера плоховато стартовала, так что нечего на него думать. Поднимаю брови.

— Что смотришь? Ир, на нашем краю только бабки живут, как понимаешь, машину из них никто не водит. И тут тишина такая, что слышно, как у соседей чайник закипает. И тут шесть утра - чья-то машина, как туберкулезник кашляет. Думаешь, много вариантов?

Логично. Это в городе тишины никогда не бывает, а тут...

— Поделись со мной зарядкой, а то мне очень не хочется в город на маршрутке ехать.

— Иришка - сестренка, ну кто, как не я тут тебе поможет. Сейчас я к тебе подъеду, от моей “прикурим”. У тебя зажимы есть?

От “сестренка” на душе становится тепло. Может, и в наших отношениях еще не все сломано?

— Коль, я не знаю. Я сама ее только заправлять умею и стекломойку заливать. Муж обычно за этим следил. И ты прав, я от него ушла, - как говорят, правда всегда вылезет наружу.

— Ты знаешь, моя всегда говорит, что ты в таком аду живешь. Мне вроде со своей стороны не видно. А Оксанка говорит, что ей и богатства сто лет не нужны, только бы Миша подальше был.

— Кто его знает. Это когда руку в кипяток суешь, то сразу понимаешь, что больно. А когда вода потихоньку нагревается, то привыкаешь, адаптируешься и не замечаешь, как сварился. Как говорится, мы на том месте, которое заслужили, - снова пожимаю плечами. Пока не готова глубже погружаться в этот вопрос.

— Кстати, Темка звонил, тебя спрашивал. Сказал, и тебе, и бабушке не смог дозвониться. Я сказал, что ты здесь. Не знаю, надо было и нет.

— Все хорошо. Я рада, что мы почти поговорили, - протягиваю руки, как будто его обнимаю.

Он только подмигивает, скрывается за забором. Иду к машине. И, правда, все слышно - бахнул воротами, завелась машина.

Стою у машины, стучу ногой по колесу. Если вчера у меня было ощущение, что я при смерти и выздоравливать не собираюсь, то сейчас начинаю находить плюсы происходящего. А это дает силы.

Колина красная семерка тормозит рядом с моей машиной. Он достает провода, ждем, пока моя машина чуть подпитается.

— Ир, ты приезжай к нам почаще, крестника с женой с собой бери. Не наскоком, нормально, чтобы мы за столом посидели, юность вспомнили, про наших всех поболтали. Миха-то не поедет, он не нашего поля ягода теперь, - усмехается. - Росли на соседних улицах, пили из одной чашки, а теперь он нами брезгует.

Брат подходит ближе, сгребает меня в охапку.

— Я на тебя не злюсь, все понимаю, своя семья- свои проблемы. Мать скучает, мне всю плешь проела. Да я и на нее не злюсь. Я простоват для ваших бизнесов, но картошкой на зиму всех могу обеспечить.