Книга Развод. Отпускаю тебя, страница 86 – Ольга Игонина

Вика поднимает на меня взгляд, и в ее глазах мелькает что-то странное - то ли страх, то ли решимость.

— Значит, ты предлагаешь просто сидеть и ждать? - я сжимаю зубы.

— Нет, – она встает, подходит ко мне и кладет руки на плечи. – Я хочу, чтобы мы действовали умно. Не очертя голову. У нас есть время подумать. Успокоиться. Найти способ помочь ему, но без того, чтобы самим угробиться.

Я смотрю на нее, и внутри все кипит. Логично ли она говорит? Да. Но принять это я не мог. Каждая клетка моего тела требует немедленных действий, хоть какого-то движения. Однако реальность давила своей тяжестью: я беспомощен. Без связей, без ресурсов, без плана, без родителей.

— Хорошо, – процедил я сквозь зубы. - Тогда что ты предлагаешь делать прямо сейчас?

— Поехали в дом, хоть поживем по-человечески.

Ирина

Если я ждала пинка от вселенной, то я его сполна получила. Больше не могу быть слепой, это очень несправедливо даже по отношению к самой себе.

Проверяю баланс на карте. Денег хватает на поездку в Питер, могу снять себе нормальное жилье сначала на месяц, а там будет видно.

Открываю ноутбук. Сразу оплачиваю все сразу. После ухода от мужа - это второй рискованный шаг. Волнуюсь, а внутри ликование и какой-то странный восторг.

Еще два дня мне пробыть здесь и вперед в новую жизнь. Акела кладет голову на стол, ждет, что я ее поглажу.

- И ты со мной поедешь, мое косматое чудовище. Собака-путешественница, то в вольере жила, а теперь вот в культурную столицу поедешь

Чешу ее за ухом.

Утро начинается с новой порции звонков. Я уже забыла, что мужа и жену часто ассоциируют друг с другом, и теперь меня все трезвонят, чтобы узнать, как там Быстров.

Молча сбрасываю звонки, не в силах выдавить из себя ни слова. Зачем отвечать тем, кто видел во мне только "жену Быстрова", а не самостоятельного человека? С каждым гудком убеждаюсь: это решение - переезд в Питер - единственный способ снова стать собой.

Акела поднимает голову и смотрит на меня своими преданными карими глазами. Она словно чувствует, что что-то происходит. Ее хвост стучит по полу, как метроном, отсчитывая последние часы перед нашим побегом.

- Не переживай, - шепчу я ей, гладя теплую собачью спину. - У нас все получится. Главное - начать.

Набираю маме.

- Ира, что тут творится! Мне кажется, уже весь город позвонил. Даже местные репортеры приехали, хотели от меня что-то по поводу твоего мужа услышать.

По голосу слышу, слышу, что маме нравится вся эта катавасия вокруг нее. Столько внимания у нее уже давно не было, чего-чего, а тщеславия у нее не отнять.

- Мам, тебе если есть что-то сказать общественности, ты можешь не стесняться. Только одно условие - не называть меня, вообще, как будто меня и никогда не существовало. Я завтра уезжаю. Пока в длительный отпуск, а потом будет видно.

- Одна или с ...

- Одна. А нет, с Акелой, - мокрый нос тычет под колено.

Думаю, мама хотела услышать про Андрея, но мне тут ей сказать пока нечего.

- Ира, - представляю, как как мама всплескивает руками и садится на старый табурет с цветной подушкой сверху. - А псину то зачем? Ко мне ее привези, вон будет по полю гонять, или Коле отдай.

- Я друзей не предаю. Даже если это просто собака.

- Ну вот, собаку она возьмет. А Артем? Он же твой сын! Как ты его бросишь? Ты же понимаешь, что за ним тоже надо присматривать?