Книга Измена со вкусом капучино, страница 57 – Ольга Игонина

Выхожу из ординаторской, он выходит следом. Мама перехватывает врача, видимо, интересуется дальнейшими перспективами.

Иду есть. Впервые я в кафе иду сама с собой.

Милое местечко. Десять столов стоят в шахматном порядке. Скатерти сине-белье, а стулья почему-то зеленые. В моей голове, это странное сочетание, вернее, не сочетание.

Дальше есть проход в соседний зал, но не видно, что там.

— Вам бизнес-ланч? Или по меню? — приветливая девочка- хостес.

— А в чем разница? — Я для всех теперь выгляжу так, что создается впечатление, что могу позволить себе только одно блюдо из обеденного меню?

— У нас разные залы. Уточняю, куда вас проводить.

Ааа, это немного успокаивает.

— Не знаю, я у вас впервые. Могу посмотреть бизнес-меню, а потом в другой зал, если что, перейти?

— Конечно, пойдемте.

Иду следом, не понимаю этой хитрой загадки с разными залами, все равно посетители сидят вразнобой.

Беру куриный суп, винегрет и котлету из индейки. Два стакана яблочного компота. Ватрушку, на вид, как бабуля пекла. Все это есть не планирую. Лезу в рюкзак за телефоном. А там куча сообщений. От всех. И Захар, и Андрей, и Оксана, и Алекс. Делаю фото для отчета. И никому не отправляю, я понимаю, что хирург все сказал для поднятия настроения.

Сообщение, что свёкор пытался дозвониться. Начинаю всем, кроме “папаши”, отвечать. Пишу, что все хорошо, перезвоню сама, как буду готова говорить. Как классно, что есть люди, которые подают руку в сложной ситуации.

— И где ваша еда? Пока вы голодаете, в этом мире злится один хирург — приходит сообщение с незнакомого номера. Сверяю его с визиткой.

— Спасибо за заботу, — отправляю фото с тарелками.

— Так то лучше.

А. может, зря я бросила медицину? Вот так бы строила сейчас глазки прекрасному коллеге.

Пробую суп, не очень вкусный, пресный. Голод просыпается. И азарт. Отправляю Илье Сергеевичу фото еды, потом себя с котлетой на вилке.

Маша, ну как ты могла так опростоволоситься. Зачем вот эта переписка? Как Алекс мог ее увидеть?

Грызу ноги, дурацкая привычка с детства. Ладно, придумаю еще что-то. Прибежит, как миленький.

Еще мама третий раз звонит. Что ей все нужно?

— Мам, ну что? — как всегда на вовремя. — Что такого страшного случилось? Воду отключили или макароны по акции в супермаркете?

— Дурында. Ленка там как? — по голосу слышу, что мать встревожена — Без понятия. А что случилось?

— Маша, ну какая же ты подруга? У Алены папа чуть ли не при смерти. В больнице с сердцем.

Ох, мама, если бы ты знала, как твоя новость меня радует.

— Да ты что, а в какой больнице? Я только суп сварила, картошку пожарила, вот и отвезу — Вру, чтобы меня лишний раз похвалили.

Откладываю телефон на стол. В сердце все ликует. Не все Аленке жить припеваючи. Пусть и в моей шкуре окажется.

И если отца у нее не станет я не посочувствую. Аленка этого разговора не помнит сто процентов, а у меня он в сердце каленым железом выжжен.

Одиннадцатый класс. Мы перед физикой сидим и рассуждаем о семьях. И наша одноклассница говорит, что не хочет замуж, а вот ребенка хочет. И всеми любимая Аленка говорит, что ребенка нужно воспитывать в полной семьей, без отца не может воспитание быть полноценным. И могут вырасти моральные уроды. Ну вот, я и выросла такой, отца у меня нет. Пусть теперь у нее не будет.