Книга Любовный смайлик, страница 4 – Мира Форст

Теперь я попросту использовал баб, трахал в свое удовольствие и не думал о чем-то более постоянном. Но вот Кошечкину использовать не хотелось, она вызывала во мне странный трепет и желание быть с ней рядом не только в постели. Это желание пугало, и я, как мальчишка, обижающий понравившуюся девочку, принялся третировать Миру.

— Кошечкина, — вызвал ее на следующий день после того, как едва не уволил. — Поезжай в наш парк на Беговой, надо убедиться, что там залили три, а не два катка и потом сравнить прибыль с них по прошлому и этому году. Твой отдел прошлой зимой давал прогнозы, что с трех катков в том месте выручка сильно вырастет.

— Прошлой зимой я еще у вас не работала, Игорь Владимирович, — напомнила девочка. — Я, конечно, поеду и все проверю, но итак ясно, что выручка не вырастет. Какой прок было заливать третий каток?

— Твоя коллега Орехова так не считает.

— Так и отправили бы Орехову с проверкой, — не тушевалась она передо мной, и мне импонировали ее смелость и дерзость.

— Боюсь, Орехова даст не правдивую оценку, если там все не так, как маркетологи спрогнозировали. И обоснуй, пожалуйста, почему считаешь, что роста выручки не будет?

— Потому что на каток будет приходить столько же людей, сколько и раньше, они просто станут рассредоточиваться не на две площадки, а три. В том районе за год не построено ни одного нового дома. Откуда приросту людей взяться? А даже, если посещаемость и увеличится, то совсем на небольшой процент. Повезет, если вы заливку и обслуживание этого третьего катка окупите.

Мира оказалась права, она была умной, и это тоже добавляло ей привлекательности в моих глазах. Но я все равно маниакально доставал и нагружал девчонку работой, чем довел нас обоих до состояния кипения. Только кипели мы по разному. Я от любви. Она от ненависти. Я понял, что натворил, лишь тогда, когда случайно услышал ее диалог с моей секретаршей.

— Мирочка, все в порядке? — спросила добросердечная Лидия Валентиновна после того, как Мирочка вылетела из моего кабинета, забыв плотно закрыть дверь.

— Наш шеф тиран, — всхлипнула девушка.

— Что ты такое говоришь, Мира? — искренне удивилась женщина, которую я нанял десять лет назад, несмотря на ее зрелый возраст, и ни разу об этом не пожалел. — Игорь Владимирович самый прекрасный босс на свете.

— Возможно для вас, Лидочка, — явно сдерживала слезы Кошечкина. — А меня он люто ненавидит.

Я? Ненавижу? Да я же сохну по ней, как пацан малолетний. Днем и ночью о ней думаю, к парню ее дурацкому, которому она любовные смайлы шлет, ревную, внимание к себе привлекаю, постоянно к себе вызывая и нагружая ее работой, лишь бы была возможность видеть, слышать чаще. А она не понимает ничего.

— Да за что же шеф ненавидит тебя, Мира? — послышалось бульканье переливания воды из графина в стакан.

— Он меня отправляет в наш парк, который в тридцати километрах от МКАДа, протестировать новые снегоходы, — сделала Мира паузу, вероятно, отпивая воды. — То есть я должна прокатиться на премиальных горных снегоходах, стандартных и малокуботурных.

— Так что же в этом плохого, Мирочка? — осторожно спросила Лидия Валентиновна. — Ты молодая. Для тебя это даже развлечением будет.

— Если бы…, — горько вздохнула девушка. — Снегоходы надо протестировать на разных трассах. Лесные просеки, поля, спуски и подъемы. А потом, на основе моих наблюдений, спрогнозировать, какой платежеспособный контингент будет использовать тот или иной снегоход и сколько мы на этом заработаем.