Книга Искра. Чужая земля, страница 48 – Ирина Савицкая

— Осмотрю, — спокойно ответил он. — Если позволите.

— Позволю. Только учтите: у меня люди работают, скотина, дети. Пугать их не надо. И вопросы задавать — вежливо.

Он посмотрел на нее долгим взглядом.

— Вы не боитесь, баронесса.

— А чего мне бояться? Я не колдунья. Я просто выживаю.

— Выживают многие. Не все получают доносы.

— Значит, мне повезло с соседом.

Он не ответил. Прошел мимо нее к избе, заглянул внутрь. Алиса пошла следом, краем глаза заметив, что Михай остался у крыльца, сжимая топор. Лева, как тень, скользнул за ними.

В избе инквизитор осмотрелся. Все было просто: стол, лавка, печь, кровать, полки с травами. Никаких следов колдовства.

— Покажите кухню. И печь новую, про которую весь Северный Удел говорит. — Люди говорят, — пожал плечами он. — Что баронесса поставила печь за неделю, накормила всех, и мужики теперь за нее горой.

— Людям заняться нечем, — Алиса вышла из избы, повела его к людской. — Печь как печь. Глина, камни, руки умелые. Спиридон — кузнец — заслонку делал. А кормлю — потому что голодные. Это не магия, господин инквизитор. Это работа.

В людской он осмотрел печь — новую, жаркую, уже дышащую теплом. Потрогал камни, заглянул внутрь. Потом подошел к столам, где Флора с бабами чистили овощи.

— Можно? — спросил он, протягивая руку к ножу.

Флора замерла, побледнела, но нож отдала.

Инквизитор повертел его в руках, провел пальцем по лезвию.

— Острый, — заметил он.

Он вернул нож Флоре, кивнул бабам (те чуть не попадали в обморок) и вышел.

Алиса шла следом и чувствовала, как между лопаток сверлит взгляд. Лева бежал рядом, то и дело оглядываясь на черного человека.

Во дворе инквизитор остановился.

— Я не нашел ничего, что указывало бы на ведовство, баронесса, — сказал он спокойно. — Ваша печь — это глина и камни. Ваша еда — это руки и травы. Ваши люди — просто люди, которых вы кормите.

— Рада, что вы это поняли, — сухо ответила Алиса.

— Но я вернусь, — сказал он, глядя прямо в глаза. — Рутгер не успокоится. Будут новые доносы. И мне придется проверять снова. Если найду хоть что-то...

— Не найдете, — перебила Алиса. — Потому что нечего находить.

— Хорошо, если так, — кивнул он. — Прощайте, баронесса.

Он пошел к коню, легко вскочил в седло. Уже развернув коня, обернулся:

— Кот у вас красивый. Редкий. Белогрудые — к удаче считается.

— Ага, — буркнула Алиса. — Особенно когда ночью на голову падает.

Инквизитор усмехнулся — второй раз за день — и тронул коня.

Он уехал так же тихо, как появился. Только снег вился за копытами.

Алиса стояла посреди двора и смотрела вслед. Лева терся о ноги, успокаивал.

— Ну что, Лева, — сказала она тихо. — Гость уехал. Теперь будем ждать, когда вернется.

Из-за спины вышел Михай. Встал рядом.

— Умный, — сказал он. — Опасный.

Алиса продолжала смотреть на дорогу, где таял след копыт — тонкая лента прошлого, исчезающая за поворотом. Она знала одно: дорога к рассвету начинается там, где заканчивается обманчивое спокойствие. И шаг ее был не просто движением, а обещанием — встретить то, что ждет дальше, на горизонте чужой земли.

Весь день в Каменном Логе было неспокойно.

Люди ходили притихшие, переглядывались, шептались. Флора трижды перекрестилась на печь — двумя перстами, быстро, чтоб никто не видел. Пахом, обычно горланивший на всю округу, сегодня только крякал и качал головой. Даже куры, и те неслись как-то нервно, будто чувствовали: пришла беда, откуда не ждали.